Читаем Книга Извращений полностью

Стоит тебе только оказаться в пять утра в салоне автобуса, которому предстоит ехать шесть часов не по самым лучшим и прямым дорогам в этом стране; вместе с туристами, которые все друг друга знают настолько, что чуть ли не говорят на собственном языке – энтузиазма в тебе поубавится. Уже на половине пути на эту косу, впав в депрессию от однообразных полевых пейзажей за окном: степей, полей, степей, полей – ты начнёшь думать: «Что я забыл здесь?! Верните меня обратно». Но это – будет именно то, чего ты так сильно хотел – и нечего ныть с этого.

Эти мысли оставят тебя, когда автобус сделает остановку возле деревушки Герой. Туристическая машина выпихнет тебя, вышвырнет твой рюкзак и всех туристов вместе и с ним – и тихо уедет прочь, по сути, разваливаясь на части по дороге. В этот миг: тебя охватит чувство отчаянного спокойствия, близкого к нервному тику перед истерикой; и ты даже на какое-то время примиришься с собственной судьбой, почти прекратив проклинать себя за такое фривольное решение. Пообедав остатками от дорожного пайка, ты сделаешь несколько глотков кофе с молоком из термоса какого-то благодетеля, зная, что этот глоток – как последняя сигарета для каторжника.

Затем, ты водрузишь себе на плечи рюкзак, который (по ощущения) будет весить половину твоего собственного веса. Твой туристический руководитель – бывалый хрен, по имени Мишель – взмахнёт рукой и молчаливая колона под тяжестью своего дорожного имущества двинется в путь. Природа вокруг – будет прекрасной; но ни у кого уже не будет сил не только не наслаждаться ею, но попросту повернуть несколько раз голову по сторонам. Колонна растянется на добрые сто метров; а ведь вас будет так много – целых тринадцать, пока что живых, человек.

Многие тяжести дороги переносятся с помощью сна. Некоторые путешественники убеждены, что если тебе приснится дорога, когда ты заснёшь в автобусе – то каким бы рискованным ни оказалось путешествие – в конечном итоге, оно будет удачным и незабываемым.

Твои ноги с тяжестью горы будут перемешаться по песку, со всех сторон окружённому травой; когда-то давно – все эти места были морем. Твой путь, как и положено всем благовоспитанным дорогам – будет знать о тебе задолго до того, как вы встретитесь; и будет рад встречи с тобой, подготовив для тебя: целую кучу испытаний, чтобы закалить размякший характер.

Сперва тебе покажется, что ты несёшь на плечах Эверест. Но неожиданно быстро – он превратиться в довольно терпимый Арарат – дело житейское. Как уже будет сказано: трудно – практически невозможно – наслаждаться видами полей и лесов, когда тебе на спину давит добра половина собственного веса; но ты ведь никогда не искал лёгких путей, не так ли?! И такая мелочь, как переломанный хребет и раздавленные лопатки – никогда не помешает экстремальному эстету насладиться красотой.

За час пути: вы сумеете преодолеть два километра и добраться до маленького солёного озерка с киноварным небом вдалеке на горизонте. Ты сбросишь с себя рюкзак на землю и невиданное наслаждение, наравне с облегчением, заставит тебя забыть о недавно перенесённой тяжести. Наверное, для того она и нужна: для таких незабываемых минут чистоты и лёгкости; хоть и эта цена, на твой скромный взгляд – покажется слишком дорогой. Но, так или иначе: она уже будет заплачена. И теперь: можно просто жить в этом мгновении, время от времени возвращаясь в него и, как это бывает с самыми приятными моментами в жизни – всегда находить в нём утешение.

Но Мишель закричит:

– Минутная готовность!

И вы соберётесь, чтобы после этого маленького перерыва – вновь двинуться в путь. На тебе: снова эта тяжесть; но ты – уже не будешь думать об этом с той обречённостью, как минутой ранее. В голове у тебя: не найдёт себе места ни единая мысль – лишь медитативная усталость, закаляющая дух. У тебя не будет сил стоять на ногах – но ты продолжишь идти, потому что уже не останется сил ни остановиться, ни упасть; небо – всё ещё будет над твоей головой, а значит: и ногам – время двигаться вперёд.

После ещё нескольких остановок и в предвкушении последнего рывка перед ночной стоянкой – тебе покажется, что ты стал частью ландшафта и простоишь здесь ещё десятки, сотни ли тысяч лет; но это наваждение, как подобает быстро рассыпется в прах. И есть – только ты; твой контур стёрт – и сумерки вскоре.

Вы поставите палатку. Некоторые из вас начнут готовить ужин, собирать дрова, разводить костёр. Ты, втайне от других, проглотишь неучтённые – только твои – конфеты, что было непростительным нарушением коммунистического общества походов. А хотя: ты будешь там сам старым и неопытным; разве тебе не полагаются некоторые привилегии?..

Тем временем: ты снова начнёшь замечать у некоторых своих спутников странности. Один из них – будет говорить с деревьями, объясняя, доказывая и рассказывая им что-то шепотом; другой – станет давать предметам своей одежде имена и обращаться к ним на «вы». Однако, самым странным из них – окажется паренёк в свитере в красно-серую полоску и чёрной шляпе, которую он, как станут говорить, не снимает даже перед сном.