Читаем Книга душ полностью

Маклин дал двери небольшой комнаты для вскрытий захлопнуться за его спиной, стараясь не вдыхать разлитый в воздухе запах смерти. На другом конце комнаты Энгус Кадволладер по локоть погрузил руки в тело мертвой девушки. Его ассистентка Трейси – как всегда, словно тень рядом с ним – улыбнулась Маклину; она держала небольшой поднос из нержавеющей стали, готовый принять очередной внутренний орган, уже не нужный прежней хозяйке. В метре от стола маячила хмурая фигура доктора Бэйрнсфазера – при судебном вскрытии требовался официальный свидетель.

– Я был уверен, что вы сможете начать без меня. – Маклин шагнул поближе, вглядываясь в лицо девушки – в первый раз с тех пор, как ее накрыли тканью на месте преступления. Совсем молодая, скорее всего, ей не было и двадцати. Длинные черные волосы, резко выдающиеся скулы, губы идеальной формы, чуть отливающие голубым на фоне алебастрово-белой кожи. Как может быть, что никто не заявил о ее исчезновении?

– Есть соображения по поводу того, кто она?

– Это ты мне должен сказать. Я привык считать, что такие вопросы – по твоему ведомству. – Кадволладер плюхнул на поднос печень или что-то вроде того, Трейси поставила поднос на весы и сделала запись у себя в тетрадке.

– А насчет причины смерти?

– На этот вопрос я готов ответить. Бедняжка умерла от потери крови, вызванной вот этим разрезом поперек горла. Разрез глубокий, лезвие дошло до кости. Смерть должна была наступить очень быстро.

– Хоть в этом ей повезло.

– В этом – да, но вообще я бы на твоем месте не торопился с выводами насчет везения. – Кадволладер приподнял руку девушки, повернув ее так, чтобы Маклин мог видеть глубокие царапины и фиолетовые синяки вокруг запястья. – Довольно много времени перед смертью она провела скованной. По рукам и ногам.

– Мы обнаружили застежки для кабелей. Под мостом, выше по течению от того места, где ее нашли.

Кадволладер нахмурился, подтянул поближе висящую над столом на шарнирах лампу и принялся разглядывать повреждения на коже.

– Застежками ее, видимо, фиксировали уже после смерти. Прижизненные травмы, скорее всего, от наручников. – Он опустил мертвую руку и отошел на шаг от стола. – Желудок совершенно пуст, это означает, что она ничего не ела несколько дней. Неоднократно изнасилована. Подозреваю, совокупность событий должна тебе что-то напомнить.

– Похищена, содержалась в заточении сроком до недели, изнасилована, наконец – убита, горло перерезано острым ножом. Тело тщательно вымыто и оставлено под мостом в проточной воде. – Маклин слышал собственные слова, как будто их произносил кто-то другой. Сам он сейчас был далеко отсюда, там, где в ночном небе над головой взрывались фейерверки.

Телефон зазвонил через час, когда он шел пешком обратно к управлению. Тьма уже опустилась на город, и офисы извергали людей обратно на улицу. Он посмотрел, кто звонит, но увидел лишь незнакомый номер. Можно и ответить, почему нет? Хуже сегодняшний день уже не будет.

– Алло.

– Инспектор Маклин? Это Джо Далглиш.

Маклин выругался сквозь зубы. Мерзавка завела себе новый номер. Телефоны большинства самых надоедливых репортеров были записаны в памяти мобильника Маклина, как раз для того, чтобы не отвечать на их звонки. Далглиш возглавляла список. Он собирался дать отбой, но не успел – журналистка продолжила:

– Тело в Глэдхаусе. Молодая женщина. Почерк убийцы напоминает о вашем старом знакомом, Дональде Андерсоне.

– До свиданья, миссис Далглиш. – Маклин опустил руку с телефоном и занес палец над кнопкой отбоя.

Жестяной голосок в трубке чуть слышно продолжал:

– Ее зовут Одри…

Маклин не расслышал остаток фразы, лихорадочно вздергивая трубку обратно к уху:

– Что вы сказали?

– А, я как раз надеялась, что вас это заинтересует. Она ведь до сих пор у вас значится как «неопознанная жертва женского пола», не так ли?

– Откуда вам, черт вас возьми, известно имя жертвы? Вы ведь даже не видели тела.

– В некотором смысле – видела. Ваш юный коллега, констебль Макбрайд, разослал компьютерный портрет во все газеты полчаса тому назад. Редактор переслал его мне на телефон. По счастью, я не поленилась на него взглянуть.

– По счастью? – Сам Маклин подобрал бы другое определение. – Ну и кто она такая? Откуда вы ее знаете?

– Не торопитесь, инспектор. Вы же играли в детстве в эту игру? Девочки кое-что показывают мальчикам, мальчики взамен кое-что показывают девочкам. Я хочу уточнить, что мне причитается за информацию?

Маклин непроизвольно вздрогнул. У него никогда не возникало ни малейшего желания видеть «кое-что» и вообще что бы то ни было у Джоан Далглиш, если оно не скрыто под старым плащом.

– Миссис Далглиш, вы хотите, чтобы я напомнил вам, что речь идет о расследовании убийства?

– Прошу вас, зовите меня Джо. И я просто пошутила. Эта девушка – бродяжка, без определенного места жительства. Поэтому ее никто и не объявлял в розыск. Во всяком случае – здесь, в Эдинбурге.