Читаем Книга драконов полностью

Перла со стоном перевела дух и, держась за шип, принялась оглядываться кругом. Ее трясло. Они находились внутри скального мыса, в каком-то подводном проходе, соединявшемся с морем. И этот проход выводил в небольшую лагуну, стиснутую отвесными скалами. Дракон пересекал ее, направляясь к небольшому буроватому пляжу. Перла вцепилась в свой пояс и с облегчением обнаружила, что в бешеной подводной гонке он совсем истрепался. К тому времени, когда дракон достиг мелководья, Перла сумела разорвать пальцами ткань. Освободившись, она съехала с чешуйчатого красного бока и выбежала на песок.

Нависшие утесы сразу показались ей невозможно высокими и неприступными. Правда, повсюду виднелись расселины и пещеры. Перла нырнула в ближайшую нору и постаралась забиться как можно глубже. Увы, всего через несколько футов стены сошлись, образуя тупик.

Ну ладно, сказала она себе, здесь он меня вряд ли достанет.

И осторожно подобралась к выходу, чтобы видеть берег.

Дракон лежал прямо против нее. Его голова находилась едва ли в десятке футов от входа в пещерку. Было похоже, что ее присутствие от него не укрылось. Однако он лежал неподвижно, расслабленно вытянувшись на песке, — сытый и полусонный. Перла прислонилась к стенке пещеры и стала рассматривать чудовище.

Красная рогатая голова лежала к ней вполоборота. Глаза в золотых ободках были полузакрыты, широкие ноздри тоже мерцали золотом, и их рисунок показался ей не лишенным изящества. Длинная шея росла из мощнейших плеч, каждая чешуя на которых могла бы покрыть дом. Сонный дракон вытянул вперед лапы, выпустив изогнутые когти. Массивное тело покоилось поперек пляжа, хвост мокнул в воде, а на одном из спинных шипов задержался обрывок сети.

Перла наблюдала за чудовищем, пока позволял свет. В какой-то момент, не просыпаясь, дракон легонько рыгнул зеленоватым огнем, чуть разомкнул челюсти, и наружу выкатился небольшой круглый камешек. Потом высунулся длинный красный язык, облизал пасть… и дракон уютней зарылся в песок.

Солнце спустилось за скалы. Удеру ночью, подумала Перла и стала подбираться к выходу из пещерки. Как раз когда она оказалась в створе устья, ближний к ней глаз чудовища приоткрылся, светясь в темноте, и уставился на нее. Волосы у Перлы поднялись дыбом от ужаса, и она мигом исчезла в своей норе. Ей даже послышалось басовитое урчание за спиной.

Она расплакалась. Она лила слезы по Марко, Люкко и остальным… ну и по себе тоже, ибо понимала, что влипла, и влипла крепко. В конце концов она задремала и сумела чуть-чуть поспать. Когда она вновь открыла глаза, было утро. Голод и жажда вновь заставили Перлу высунуться наружу.

Дракон после вчерашнего не исчез. Он стоял на берегу, глядя куда-то в сторону, утренний свет озарял и подчеркивал ало-золотое великолепие его тела. Красные чешуи, чуть темневшие по краям, сверкающие шипы вдоль хребта. Потом голова с длинными узкими челюстями развернулась в ее сторону, покачиваясь на выгнутой шее. На широком лбу между глазами сиял золотой диск. Сами глаза были размером с бадьи для стирки. Они горели алым, переливаясь червонными искрами в своих золотых ободках.

И тут дракон подал голос. Он был до того низким и мощным, что Перла слышала его словно бы даже не ушами, а непосредственно сквозь кости черепа. Он сказал ей:

— Почему бы тебе не выйти оттуда, чтобы я мог тебя съесть?

— Пожалуйста, не надо меня есть, — ответила Перла.

— Почему нет? Ты там умрешь все равно. — Эти слова сопроводил холодный смешок. — К тому же так исхудаешь, что и выковыривать тебя будет невыгодно. Скажи лучше, что ты мне дашь, если я тебя не съем? Может, тебя кто-нибудь выкупит?

Она стояла возле устья пещерки. Руки у нее похолодели от страха, ладони взмокли, горло перехватило. Ни у кого в их деревне нет средств для выкупа… Если она вообще выживет — ее деревня, лишившаяся, почитай, всех мужчин. Перла принялась судорожно вспоминать, что она могла делать сама. Прясть и ткать, шить и готовить… воду таскать.

— Ты умеешь танцевать? Или петь?

— Я…

Дракон перебил:

— Расскажи мне что-нибудь занятное.

У нее пробежал по спине холодок.

— Занятное, — повторила она.

— Если твоя история мне понравится, я тебя есть не стану, — пообещал дракон и устроился на песке, по-кошачьи подвернув передние лапы. Он ждал.

Перла судорожно сглотнула. Все деревенские побасенки были старыми, говоренными-переговоренными по десятку раз. Например, бессмертная эпопея о глазе Пандана — про то, как старик лишился его, подглядывая сквозь замочную скважину за женщинами, мывшимися в бане. Перла вмиг ощутила, что подобное повествование не удовлетворит дракона, а стало быть, и жизнь ей не сохранит.

Он терпеливо ждал, устремив на нее взгляд чудных глаз. Тут до нее дошло, что с того момента, когда она услышала его голос, чудовище было для нее именно «он».

Это обстоятельство неожиданно подало ей расплывчатую идею. Она уселась в устье пещеры и, кое-как усмиряя колотящееся о ребра сердце, начала: