– Биообработка, компостирование и внесение экскрементов членов марсианской экспедиции в качестве удобрений для выращивания растений на Марсе.

Диана зевнула.

– Подумаешь. Словно я не в лицее учусь. Или не знаю, откуда на космическом корабле вода.

– Ой-ой. А ты что читаешь? Очередной женский роман?

– Ну, типа того. Мемуары королевы Шотландии Элизабет Первой.

Усмехаюсь.

– Она же царевна Елизавета Михайловна Романова.

Местную историю я уже изучил.

Динка кивает.

– Да. Интересно пишет. Её молодость. Лицей. Полигон. Арена. Ей ведь тогда было меньше лет, чем мне сейчас. Всего четырнадцать. Экстренный выпуск из Лицея, чтобы она могла отбыть в свою Шотландию. Но Испытания-то в Лицее являются обязательными…

<p>Глава IX. Полигон</p>

ТЕКСТ ВАЛЕРИИ МАРКОВОЙ-БАБКИНОЙ

Лицей. Полигон. 10 мая 1937 года

– Ну, Лиз, ты сама сказала, что хоть из-под земли достанешь флаг. Так что вперед, – указал мне Сашка на основание фундамента.

– Ей нужно лезть ВОН ТУДА?! – обалдел Риден, указывая на небольшую дыру из выбитых кирпичей.

– Ну да, – не понял Сашка. – Лиза проползет под первым этажом три комнаты. Там в полу несколько хлипких, кривых деревяшек, она их сломает и окажется в комнате с сейфом. Ну, и заберет флаг.

Присев у «лаза», я едва не рассмеялась.

Я знала, что придется ползти между фундаментом и полом первого этажа, но только я думала будет как-то немного просторнее.

– Ты что, слепой?! – почти выкрикнул Риден, указывая то на дыру в кирпичном основании, то на мои бедра. – Ты же видел ее фигуру! Она и до усиленного пайка бы не пролезла!

Ну да… Кормили меня очень хорошо. Я и выросла, и благодаря большим нагрузкам стала очень фигуристая девушка.

– Хорошая у нее фигура… – почти зарычал на него Сашка. – Тонкая. Да, и она гибкая, как кошка! Уж поверь мне! Такой шпагат или сальто даже гимнастки не сделают!

– Да, но она застрянет под зданием! «Бык», как мы ее вытаскивать будем?!

Ага, под зданием… Я сразу в «дверь» не прошла. Так это я еще защитный жилет сняла и оставила себе только нож в ботинке, сигнальную ракету и светошумовую гранату.

Пока они ожесточенно спорили о моих прекрасных изгибах и влиянии на них усиленной кормежки с тренировками, я взяла фонарик в зубы и молча попыталась залезть. Внутри места вроде бы было достаточно, чтобы еле-еле, но доползти до нужного мне просвета, кажется метрах в пятнадцати или двадцати от лаза.

А вот на входе…

Едва я попыталась пролезть на уровне бедер, как… плотно застряла и в ширину, и в высоту. И судя тому, как зацепились брюки за кирпичи, обратно вылезти будет еще сложнее, чем вперед.

– Матерь Божья… – протянул кто-то из парней снаружи на французском, кажется, это был Сашка Быков. – Вот это ваше величество…

– М-да-а-а, для таких… кх-м… обстоятельств нужен подходящий инструмент!

Действительно, что еще можно сказать в такой ситуации?!