Читаем Князь полностью

Хорошее место выбрали военачальники Йосыпа для лагеря. На просторном лугу, между пологих холмов, кудрявящихся виноградниками. Вдоволь воды, сочная трава. Комаров многовато, но это дело привычное. В дельте от них вообще спасу нет.

А повыше, на гребне длинного холма, комаров нет. Ветром сдувает. Щекочет ноздри поднимающийся снизу запах дыма и жарёнки. Приятный запах. Это поначалу. Сутки пройдут – и засмердит лагерь, как положено месту, где обитает множество людей, привыкших есть много и с аппетитом. Этот тоже завоняет. Но если все выйдет так, как задумал великий князь киевский, смрад будет совсем другой.

– Много их, – сказал Машег, поглаживая изящную бархатистую морду своего «араба».

– Много, – согласился Понятко. И усмехнулся: – На всех хватит.

Снизу раздался шорох. Оба мгновенно обернулись… И расслабились, узнав всадника.

Обмотанные тряпками копыта ступали очень тихо. Всадник остановился, конь поймал губами виноградную гроздь…

– Они здесь, – сказал Артем. – За кладбищем. Семеро. Вокруг – чисто.

Все семеро были хузарами. «Белыми» хузарами на службе хакана Йосыпа. Таких осталось немного, все – в малых чинах, не выше сотника. Не доверял хакан своим соплеменникам. Сомневался в их преданности. Досомневался…

– Шолом, – негромко произнес Машег.

– Шолом, Машег бар Маттах, – сказал старший из хузар, невысокий, скуластый, длиннобородый. – Мы пришли, что скажешь?

От хузар пахло конским потом, железом и кожей. Артем смотрел на них сверху, с седла, и видел, что они все еще напряжены, хотя и не так, как раньше. Артем их понимал. Они предполагали, что эта встреча может оказаться ловушкой приспешников Йосыпа.

– Я пришел от хакана Святослава. Он зовет вас служить ему. Что скажете?

– Хакан Йосып – истинной веры. А Святослав – необрезанный, – сказал старший. – Божье ли дело – служить идолопоклоннику?

Остальные одобрительно заворчали.

– Да, – согласился Машег. – Святослав – необрезанный, не то, что Йосып. Но в этом ли дело? Под чью команду отдал вас хакан, избранные? Как его имя?

– Иегуда бар Шеов, – ответил хузарин. – Но он ничего не понимает в войне. Командует хузарскими тысячами Абдалла Черный из Дамаска. Тот, что был сотником у Аббаса. Знаешь его?

Машег покачал головой.

– Этот Абдалла – мусульманин? – спросил он.

– Да, из поклонников Мухаммада.

– Значит, обрезанный. Понимаю вас. Лучше ходить под рукой обрезанного, чем покориться идолопоклоннику.

– Смеешься над нами? – нахмурился хузарин.

– Смеюсь. Я очень громко смеялся, когда истинно верующий Йосып прислал своих стражников-мусульман, чтобы убить меня и моих родичей. Слышали мой смех в столице?

– Слышали, – хузарин чуть заметно улыбнулся. – Многие слышали твой смех, Машег бар Маттах. Но не всем было весело. И все же ответь, чем идолопоклонник Святослав лучше нашего хакана? Что будет с Хузарией, если хакан киевский одолеет хакана Йосыпа? Не отвернется ли от нас Господь?

– Пути Господни людям неведомы, – сказал Машег. – А на твой первый вопрос отвечу: Йосып со своими ростовщиками-«византийцами» отнял у меня земли моих предков. Я тогда ушел служить Киеву и был вознагражден достаточно, чтобы выкупить вотчину. А когда я это сделал, Йосып снова пожелал моей жизни и моего имущества. И я вновь ушел к русам. Теперь я пришел, чтобы взыскать долг. Чтобы наказать тех, кто сосет кровь и выедает мозг «белых» хузар. Вот слова хакана Святослава: Хузария будет платить ему дань. Половину от того, что берет с вас Йосып. Земли Хузарии будут открыты для караванов. Подданные Киева беспошлинно пойдут по нашим дорогам, а доля с восточных товаров станет княжьей. И всякий, кто пожелает торговать с Киевом и иными городами русов, тоже сможет беспошлинно ходить по нашим дорогам. Зато за хузарами останутся их земли, их воды, их пастбища. А если нужна будет Хузарии защита от врагов, Святослав с русью оборонит ее.

Посланцы оживились. Предложения Киева пришлись им по вкусу, особенно двойное уменьшение налогов. А дань с торговых караванов так и так проходила мимо них, оседая в сундуках хакана и его окружения.

– Я передам слова киевского хакана нашим братьям, Машег бар Маттах! – с достоинством произнес старший из посланцев. – Завтра в это же время и на этом же месте ты узнаешь ответ.

– Завтра в это время там, – Машег махнул рукой в сторону лагеря Йосыпа, – будут хоронить мертвецов. Будете ли вы среди тех, кого похоронят, или среди тех, кто будет хоронить, вы должны решить сейчас.

Повисло напряженное молчание. Потом старший из посланцев спросил:

– Значит ли это, что…

– Да, – кивнул Машег. – Значит.

Посланцы отошли в сторону – посовещаться.

– Слышь, Машег, а что толку, если они согласятся? – спросил Понятко. – Они ж послы, как они могут решать за всех?

– Эти – могут, – вполголоса ответил Машег. – Они знают меня, а я знаю их. Здесь старшие воины семи самых знатных родов.

– И они не побоялись прийти лично? – восхитился Понятко.

– У нас не принято посылать на смерть младших, – надменно произнес Машег. А потом усмехнулся и добавил: – Ты ведь тоже приехал сам, а не прислал взамен себя отрока.

– Но с нами – полусотня охраны!