Читаем Клуб самоубийц полностью

– Еще не поздно, мистер Годол, если вам угодно, вы можете вернуться к своим цепям. Да и вы тоже, майор Хаммерсмит. Подумайте хорошенько, прежде чем предпринять следующий шаг. И если сердце вам скажет: «Нет», – разойдемся подобру-поздорову.

– Ведите нас, сударь, – сказал принц. – Я не из тех, кто изменяет своему слову.

– Ваше хладнокровие меня радует, – сказал молодой человек. – Мне еще не доводилось видеть никого, кто бы в этих обстоятельствах сохранял подобную невозмутимость, а скольких я приводил к порогу этого дома! Кое-кто из моих приятелей прежде меня отправился туда, куда вскоре неминуемо отправлюсь и я. Впрочем, к чему вам это знать? Обождите меня здесь несколько минут. Я приду за вами, как только договорюсь о вашем приеме в клуб.

И, помахав своим новым знакомцам рукой, молодой человек прошел в ворота и скрылся в подъезде.

– Из всех наших безрассудств, – произнес полковник Джеральдин вполголоса, – это – самое безрассудное и рискованное.

– Вполне с вами согласен, – сказал принц.

– В нашем распоряжении еще две-три минуты, – продолжал полковник. – Позвольте же мне умолять ваше высочество воспользоваться случаем и удалиться. Шаг, который вы намерены сделать, чреват самыми грозными последствиями и может оказаться роковым. Поэтому я решаюсь злоупотребить свободой обращения, которую ваше высочество дозволяет мне, когда мы остаемся наедине, без посторонних.

– Должен ли я из всего этого вывести, что полковник Джеральдин поддался чувству страха? – спросил принц и, вынув сигару, проникновенно взглянул полковнику в глаза.

– Мой страх, во всяком случае, не имеет отношения к моей собственной персоне, – гордо ответил тот. – В этом ваше высочество может не сомневаться.

– А я и не сомневался, – благодушно произнес принц. – Просто мне не хотелось напоминать вам о разнице в нашем с вами положении. Довольно, впрочем, – прибавил он, предупреждая намерение полковника. – Не надо извинений. Вы прощены.

И в ожидании молодого человека принц спокойно продолжал курить, облокотившись о решетку.

– Ну что? – спросил он, когда тот вернулся. – Удалось договориться?

– Следуйте за мной, – был ответ. – Председатель просит вас пожаловать к нему в кабинет. Позвольте предупредить вас, чтобы вы на все его вопросы отвечали с полной откровенностью. Я за вас поручился. Но по уставу клуба перед тем, как принять нового члена, его подвергают тщательному опросу. Ибо малейшая нескромность одного из членов повела бы к полному разгрому всего клуба.

Принц и Джеральдин с минуту пошептались.

«Я скажу то-то», – сказал один. «А я – то-то», – отвечал другой.

Условившись, что каждый будет изображать кого-нибудь из их общих знакомых, они договорились в один миг и были готовы следовать за своим Вергилием в кабинет председателя.

На пути им не было больше никаких преград: наружная дверь стояла распахнутой настежь, дверь в кабинет – тоже. Здесь, в маленькой комнатке с очень высоким потолком, молодой человек вновь их остановил.

– Председатель сейчас придет, – сказал он и, кивнув, ушел.

Из соседней комнаты, сквозь двустворчатую дверь, доносились голоса, хлопанье пробок и время от времени – взрывы смеха. Из единственного очень высокого окна открывался вид на реку и набережную. По расположению фонарей новые кандидаты в клуб догадались, что где-то невдалеке должен находиться вокзал Чаринг-Кросс. Обставлен кабинет был скудно, чехлы на мебели были сильно потерты, и, кроме ручного колокольчика посреди круглого стола да довольно большого количества плащей и шляп на стенах, в комнате ничего не было.

– Что за притон? – подивился Джеральдин.

– Вот это-то нам и предстоит выяснить, – ответил принц. – Если они к тому же держат здесь дьяволов во плоти, дело обещает оказаться забавным.

В эту минуту дверь приоткрылась ровно настолько, чтобы пропустить одного человека. Звуки голосов усилились, и в кабинете появилась фигура грозного председателя Клуба самоубийц.

На вид ему было лет пятьдесят с небольшим: он шагал широкой, слегка развинченной походкой; лицо его было окаймлено косматыми бакенбардами, на макушке просвечивала небольшая тонзура, а в тускловатых серых глазах время от времени вспыхивали огоньки. Губы его плотно сжимали толстую сигару и находились в непрестанном движении, то круговом, то из стороны в сторону, меж тем как глаза холодно и проницательно изучали новых посетителей. На нем был светлый костюм из ворсистого сукна и полосатая рубаха с отложным воротником. Под мышкой он держал большую конторскую книгу.

– Добрый вечер, – сказал он, притворяя за собою дверь. – Мне сообщили, что вам угодно со мной побеседовать.

– Нам хотелось бы стать членами Клуба самоубийц, сударь, – ответил полковник.

Председатель перегнал сигару из одного угла рта в другой.

– Какого клуба? – резко спросил он.

– Простите, сударь, – ответил полковник, – но мне кажется, вы лучше всякого другого могли бы ответить на этот вопрос.