Как же холодно! В своих раздумьях я ушел довольно далеко. Все. Хватит. Возвращаюсь. Почему я должен себя морозить?! Разворачиваюсь и иду в обратном направлении. Однако снег становится все глубже. В раздумьях я сошел с дороги и шел по полю. Сейчас лучший способ — это повернуть обратно и идти по следам. Они должны вывести меня к машине.

Двадцать метров. Следов нет. Никогда не видел такого сильного снегопада. Вьюга все усиливается. Снег залепляет глаза. Я потерялся в пространстве. Паника. Нет. Спокойно. Надо идти прямо и никуда не сворачивать. Так я должен попасть на дорогу. Пятьдесят метров. Сто, может, и двести. Дороги нет.

Как я мог потеряться? Я что, иду в неправильном направлении? Дурак! Из-за своей глупости я теперь могу замерзнуть! Веду себя как ребенок. Что ни действие, то провал. Пойти в противоположную сторону? А если я еще дальше уйду от дороги? Лучший способ сейчас — стоять на месте и дожидаться, пока стихнет вьюга. Единственное, что мешает мне, это обжигающий холод. Ха-ха! Спастись от голода, скрываться от тюрьмы и сдохнуть посреди поля в пятидесяти метрах от машины. Истерика. Это очень смешно.

Вдалеке слева как будто мигнули фары, потом еще раз. Я, не раздумывая ни секунды, направляюсь в направлении мигающих огней. Через несколько минут оказываюсь у машины Оли. В очередной раз оказался дураком. Рядом с Олей я теряю самообладание. К черту! Слишком холодно! В машину. Открываю дверь, которую уже порядочно завалило снегом, и сажусь на теплое сиденье.

Оля ничего не говорит. У меня тоже нет слов.

35

Проснулся. На улице уже светло. Значит, довольно много времени. В это время года светает поздно.

Оля еще спит. Спина и шея жутко затекли. Терпеть не могу спать в машине. Окна запотели. Двигатель мы решили не отключать, чтобы не замерзнуть ночью. Я аккуратно смотрю, чтобы не будить Олю, сколько у нас осталось бензина. Датчик показывает, что бак полон больше, чем на четверть. Протер стекло. Почти не помогло — машину сильно занесло снегом.

Проехала фура. Через минуту за ней медленно протащилась легковушка. Значит, мы тоже проедем по дороге. Пока Оля спит, надо почистить машину. Открываю дверь, выхожу. Как же красиво на улице! Дорога проходит посреди поля, на километры вокруг все белым-бело. Слева вдалеке виднеется сосновый бор. На деревьях шапки снега. Подхожу к багажнику, хочу открыть. Заперт. Как же он открывается? Точно, из салона. Надо найти кнопку.

Садясь в машину, вижу, что проснулась Оля.

— Доброе утро, — приветствую я ее.

— Доброе-доброе, — холодно и безучастно говорит она, даже не смотря в мою сторону. Неужели моя вчерашняя выходка окончательно ее оттолкнула?

— Я хотел убрать снег.

— И так выедем, смети с окон только.

Через пять минут мы опять в пути. Несмотря на то, что дорога завалена снегом, Оля едет с огромной скоростью, обгоняя редко встречающиеся попутные автомобили.

— Может, ты сбросишь скорость? — предлагаю я.

— Тебе страшно? — с вызовом отвечает она вопросом на вопрос. — По-моему, это ты торопишься. Вчера даже пешком пошел.

— Чего ты хочешь? Извинений? — начинаю раздражаться я.

— Да брось. Кому они нужны. Это твоя жизнь. И точно не мне тебя учить.

— И в чем же тогда проблема?

— Проблема в том, что я еду посреди какого-то поля в глушь несусветную, где должна буду прозябать хрен знает сколько времени. Вот в чем! Это не моя жизнь. Я ненавижу рамки. Особенно, если меня в них загоняют. А ты сопровождаешь меня в эту клетку. И еще удивляешься, что я какая-то непонятная. Какой я могу быть? Моя жизнь канула в лету. Теперь я стала подневольной овечкой, которая играет в гребаную игру с непонятными правилами. Я существую, подстраиваясь под новые обстоятельства. Не для этого я отдавалась всем! Нет! Это я должна выбирать: что, где и когда! Я. И только. Пусть мной движут животные чувства, или, наоборот, духовность. Но они должны быть моими и искренними. Никем не навязанными: ни родителями, ни государством, ни братом. И не тобой! В противном случае, для меня лучше разбиться насмерть в этой машине.

Не надо навязываться, понимаешь?! Не понимаешь ты меня, я это уже говорила. Ты хочешь поработить меня, как этого хотели отец с братом! Нет! Никто не посмеет. Ты даже не думаешь о том, чего хочу я. Нравишься ли ты мне. Так с чего ты так бьешься, как баран рогами о забор? Нужно подбирать ключ. Но ты этого не умеешь…

36

Больше мы не говорили. Я — баран. Хорошо! Но она! Она — сука! Мне хочется разрыдаться. Я едва себя сдерживаю. Но нельзя. Я не слабак. Найду другую, более достойную!

Я морально устал от Оли. Не хочу и не знаю, о чем с ней говорить после всего сказанного. Несмотря на несколько трахов, она сейчас дальше от меня, чем была когда-либо до этого. Понимаю, что мы никогда не будем вместе. Я все испортил своей навязчивостью. Не умею я сохранять спокойствие. С самого детства не умел. Мужчина должен быть в меру холодным. Я не такой. А она оказалась с ледяной душой.

Свобода? Я тоже хочу свободы. Или для нее это значит трахаться со всеми? Готов ли я на это? Возможно, смирился бы. Но не теперь.