Читаем Клуб разбитых сердец (СИ) полностью

Федя молчал. Кир тоже. Королёв понимал, что его друг пытается ему помочь, вырвать из заточения, к которому он сам себя приговорил. Такого друга, как Хромов, ещё поискать нужно. Кирилл не знал, почему ему так повезло с другом, но был безумно благодарен судьбе. Фёдор множество раз мог бросить его. Порой Кир вёл себя, как полная скотина, но друг всё равно оставался рядом. Почему? Иногда Королёв задавал себе подобный вопрос и не находил ответа. Может, Федя видел в нём что-то, что делало его достойным дружбы? Сам мужчина не видел в себе ничего хорошего. Раньше если Слава подбивал Кирилла на очередную авантюру, то Хромов всегда пытался воззвать к голосу разума. Только один раз друг подбил его на некрасивый поступок. Тот самый спор по соблазнению Нади. Кирилл знал, что тогда в очередной раз разочаровал друга.

Словно читая его мысли, Федя неожиданно сказал:

— Знаешь, кого я сегодня встретил? Полякову и Виноградову. Они в кафе сегодня сидели. Я с ними немного поболтал. Обе очень сильно изменились.

Кир моментально напружинился. Надежду он не видел уже десять лет. Она уехала сразу после той ужасной сцены. Долгое время мужчина предпочитал о ней не вспоминать. Иногда получалось. Ещё два года назад он бы в очередной раз предпочёл отмахнуться от тоненького голосочка чувства вины и просто забыть. Сейчас же Кирилл пересмотрел всю тяжесть своей вины перед Надей. Королёв практически вынудил бежать невинную девушку из города, унизил и использовал её только потому, что хотел кому-то что-то доказать. Виноградова ведь тогда ему в любви призналась. Что же, после всего она, наверняка, возненавидела его. И правильно сделала! Кир поступил, как последний подонок, и если раньше молодой человек пытался гордиться этим, то сейчас ему было стыдно. Случай с Надеждой лишь показывал, насколько неверными были его суждения и приоритеты в прошлом.

— И как она? — слова отчего-то застревали в горле.

— Отлично, — Хромов испытующе посмотрел на друга. — Красавицей стала. Уверенная в себе, независимая.

Кирилл кивнул, пытаясь понять, что же должен сделать в этой ситуации. Он обязан поступить правильно. Попытаться исправить хоть что-то.

— Она приехала на встречу выпускников, — добавил Федор, явно подозревая, о чём думает в этот момент Кир.

Королёв резко выдохнул и встал. Напоследок посмотрев на бледную луну, он развернулся и зашёл в дом. Хромов последовал за ним, молча ожидая его реакции.

— Думаю, мне всё-таки стоит посетить встречу, — в итоге произнёс Кирилл. — Мне нужно извиниться перед ней.

— Не уверен, что она примет твои извинения, — заметил друг. — Надя до сих пор в обиде на тебя.

— Что же, — пожал плечами Королёв, — если извинений будет недостаточно, позволю ей расцарапать своё лицо. Может, так ей полегчает.

— Ты поосторожнее, брат! Надя очень изменилась за эти годы. Может статься, что расцарапанное лицо — это меньшее зло, с которым тебе придётся столкнуться, — Федя в очередной раз проявил свои прорицательские способности.

Глава 3(2)

Надя сидела за кухонным столом и уминала вареники с вишней. Она их просто обожала. Мама это прекрасно знала. Валентина Яковлевна была женщиной хозяйственной и готовила просто великолепно. Сейчас, когда родная дочь вернулась в отчий дом спустя десять лет, она решила наверстать упущенные годы и усиленно кормила дочку. Надя не была против. Покушать она очень любила. Мать не верила в то, что Надежда не сидит на диете, но девушка действительно ни в чём себя не ограничивала. Скорее наоборот, Виноградова ела, как лошадь, при этом оставалась очень худой. Она что только не делала, пытаясь изменить этот факт, но с природой трудно спорить. Её первый размер груди не желал изменяться, а бедра оставались не по-женственному узкими. Это очень раздражало Надежду, она всегда хотела быть более округлой. Её мать, в отличие от неё, обладала весьма пышными формами и не понимала, отчего её любимая доченька такая худышка.

— Кушай, доченька, кушай, — приговаривала Валентина Яковлевна, смотря на то, как дочка расправляется с огромной порцией вареников, — я тебе ещё наделаю. Сегодня фарша намелю, налеплю пельмешек. Будешь? Ты в детстве их любила.

Надя неистово покивала головой. Мамины пельмени — её слабость. Настолько сочных и вкусных пельменей она нигде больше не ела, даже у неё они получались намного хуже.

— Вот и славненько, — женщина хлопнула в ладоши и улыбнулась. — А то ты у меня такая худенькая, как тростинка. Хоть немного килограммов набрать тебе нужно, а то ненароком ветром сдует.

Девушка усмехнулась, но не стала ей перечить. Она давно пыталась набрать хоть немного веса, но ничего из этой задумки у Нади не получалось. У неё был сверхскоростной обмен веществ. При росте в метр пятьдесят три она весила сорок пять килограммов. Иногда и меньше. Часто девушку за подростка принимали, что неудивительно с её-то фигурой. Это, конечно, с одной стороны очень хорошо, ведь Надежда выглядит младше своих лет, но ей хотелось почувствовать себя полноценной женщиной. Может даже роковой. Виноградова даже не подозревала, что многие её считают этой самой роковой женщиной.