Читаем Клуб неудачников полностью

Бен смотрел в мрачное лицо Квай-Гона Джинна, своего мастера… Да, когда-то этот человек был его мастером. Оби-Ван Кеноби гордился этим. Он гордился своим выстраданным падаванством, он искренне любил своего учителя, он был готов петь ему хвалу и воскурять фимиам, благодаря за возможность стать настоящим джедаем.

Рыцарем.

Потом он был убит горем, но все равно продолжал возносить Джинна на пьедестал.

Теперь…

Он смотрит в лицо с резкими хищными чертами, напоминающими ястребиные – словно мастер Атару впитал слишком многое из этого стиля, и размышляет над тем, что не чувствует ни любви, ни горя… Ни сожалений.

Все эти чувства ушли: с кровью, с болью…

Со временем.

Кеноби благодарен Джинну за то, что тот все-таки предоставил ему шанс, но он больше не закрывает глаза на его недостатки. Сейчас Джинн переживает не лучший период своей жизни. Он переживает неудачу с Ксанатосом, обвиняя себя в падении ученика… Справедливые, в общем, обвинения. Если бы он чуть меньше раздувал самомнение Ксанатоса. Если бы не был слеп к его недостаткам. Если бы нашел в себе мужество признать, что ученик является отражением учителя…

Если бы.

Квай-Гон Джинн сейчас Серый джедай. Очень Серый. До падения осталась пара шагов, и сделать их легко. Дуку мог бы помочь, исправить ситуацию, но мастер сейчас непонятно где, на очередной миссии, а Йода… Попытки Йоды вырвать тонущего в болоте гранд-падавана слишком своеобразны.

Йода видит путь, но не утруждает себя объяснениями, он просто тыкает пальцем в нужную сторону. Иногда этого мало. Иногда надо тащить волоком, предварительно дав дубиной по голове.

Оби-Ван… Бен Кеноби устал и не хочет быть этой самой дубиной. Ему надоело. Он хочет покоя и тишины… Того, что получить практически невозможно.

– Говорить надо нам, хм-м-м? – протянул Йода, ткнув палкой Джинна.

– Как хотите, мастер Йода.

* * *

Бен идет за магистром и своим так и не состоявшимся мастером, провожаемый сотнями глаз, и обреченно вздыхает.

Опять.

Это происходит опять.

Великая Сила, сколько ж можно-то?

К моменту, когда они неспешно добираются до Зала Совета, этот самый Совет уже находится там в полном составе. Йода садится в кресло, Бен замирает в центре круга, под испытующими взглядами магистров.

Джинн тихо прилипает к стенке, не в силах сдержать свое любопытство. Бен практически чувствует в данный момент тонкую нотку ностальгии… Но решительно вырывает ее с корнем.

Хватит с него.

– Итак? – Йода пошевелил ушами, рассматривая неестественно равнодушного мальчика. – Оби-Ван Кеноби ты. Но не совсем. Кто?

– Я Оби-Ван Кеноби, но вы, гроссмейстер, можете называть меня просто Бен.

Члены Совета переглянулись. Винду скептически дернул уголком губ, просверлив проблемного юнлинга хмурым взглядом. Бен даже не дернулся. Давно прошли те времена, когда он ежился под взглядами Совета и изображал из себя идеального падавана, рыцаря, мастера, магистра (нужное подчеркнуть).

– И что это означает, юнлинг? – кисло скривился Ивен Пиелл.

Ответом стал равнодушный взгляд.

– Ответы сказать должен ты, – проскрипел Йода.

Бен моргнул.

– Вопросы должны задать вы.

Йода хмыкнул. Винду нахмурился еще больше. Бен пялился в пространство над головой Мейса, с каждой минутой молчания все больше раздражая коруна. Хоть что-то постоянное в этом постоянно изменчивом мире.

– Начни с начала, – буркнул Винду. Бен слегка пожал плечами.

– Как хотите. Через двенадцать лет начнется конфликт. Набу обратится за помощью, и для расследования будут направлены два джедая: мастер Квай-Гон Джинн и его падаван, Оби-Ван Кеноби.

Джинн встрепенулся, изумленно моргнув, но промолчал.

– Во время расследования произошла судьбоносная встреча. На планете Татуин, куда в ходе спасения монарха Набу попали джедаи, произошла первая стычка с ситхом.

– С ситхом… – скривился Мейс. Бен все так же равнодушно пялился четко в точку над головой коруна. – Ну-ну…

– Естественно, когда об этом доложили, никто не поверил… – мальчик продолжил рассказ, мерным спокойным голосом. От него исходили усталость, и какое-то вялое удовлетворение, словно он опять получил именно такую реакцию, как рассчитывал. – Мастер Джинн погиб, и мальчик стал рыцарем…

Рассказ все длился и длился, и постепенно перед магистрами разворачивалась ужасающая картина. Медленное и постепенное уничтожение Ордена, закончившееся резким добивающим ударом, Чистка и годы преследований, когда уничтожали не только выживших, но и всех, кто пытался хоть как-то возмутиться, пока джедаи не стали окончательно синонимом ужаса и бедствий, идущих за ними, в глазах напуганных обывателей. Робкий лучик надежды, гибель Оби-Вана Кеноби, осознанное жертвоприношение, смерть Йоды, гибель ситхов – и развал Империи.

Восстановление Республики, попытки возродить Орден из пепла: корявые, не всегда удачные, но они были. Годы относительного мира, если творящийся бедлам можно было назвать этим прекрасным словом.

Возвращение Сидиуса.