— А где они живут? Подброшу тебя прямо к ним.

Он знал, что она врет. Просто решил проверить.

— Правда, — заверил он. — Запросто.

— Довезите меня до вокзала. Они живут неподалеку.

Он снова скользнул взглядом по ее лицу. Глаза шофера не нравились Лили. Она заметила в них коварный огонек, подобный блеску в глазках-бусинках свернувшейся в клубок змеи, в любой миг готовой к броску.

Он вдруг пожал плечами и ухмыльнулся, прикидываясь, что ему, в конце концов, все равно.

— Раньше бывала в Риме?

— Да.

— Хорошо говоришь по-итальянски.

«Не очень, — призналась она себе. — Не успею открыть рот, как всем сразу ясно — иностранка».

— Долго пробудешь в Риме?

— Не знаю. — «Пока буду в безопасности. Пока не решу, куда двинуться дальше».

— Понадобится помощь — звони. — Он достал из кармана рубахи визитную карточку и протянул ей. — Номер моего мобильного.

— Как-нибудь позвоню, — сказала она, запихивая карточку в рюкзак.

Мечтать не вредно. Только бы поскорее от него отделаться.

У римского вокзала Термини она выбралась из грузовика и помахала шоферу на прощание. И все время, пока переходила улицу по направлению к вокзалу, ощущала спиной его взгляд. Не оглядываясь, она вошла в здание вокзала. И там обернулась, поглядев назад через окно, чтобы проверить, где его грузовик. Он стоял на прежнем месте и чего-то ждал. «Убирайся же, — мысленно приказала она. — Отвяжись, черт бы тебя побрал!»

Тут позади грузовика засигналило такси — лишь тогда он наконец тронулся с места.

Она вышла из здания вокзала и направилась к площади Республики — и там замешкалась, ошеломленная гулом толпы, шумом автомобилей и зловонием выхлопных газов, висевших в раскаленном воздухе. Перед тем как покинуть Флоренцию, Лили рискнула подойти к банкомату и снять с карточки триста евро, так что теперь она ощущала себя богачкой. Если не шиковать, этих денег хватит недели на две. Правда, питаться придется хлебом с сыром и кофе, а ютиться — в самых убогих туристических гостиницах. Как раз здесь, в этом районе, можно найти что подешевле. Среди толп иностранных туристов, входящих и выходящих из здания вокзала, затеряться проще простого.

Но все равно надо глядеть в оба.

Остановившись у магазина всякой всячины, она задумалась — как проще всего изменить свою внешность. Перекраситься? Не годится. В стране черноволосых красавиц лучше оставаться брюнеткой. Может, переодеться? Чтобы не выглядеть такой уж явной американкой. Снять джинсы и надеть какое-нибудь дешевенькое платьице? Она прошлась по пыльной лавке и через полчаса вышла из нее в легком голубеньком хлопчатобумажном платье.

Вслед за тем в порыве расточительности она позволила себе отведать большущую порцию спагетти с болонским соусом — первое горячее блюдо за последние два дня. Соус был так себе, макароны — какие-то водянистые, переваренные. Но она проглотила эту кучу за милую душу, подобрав ломтиком черствого хлеба все мясо до последнего кусочка. Насытившись вдосталь и ощутив, как ей на плечи тяжким бременем опустилась жара, она, засыпая на ходу, отправилась на поиски гостиницы. И нашла — в одном из грязных переулков. У парадного входа собаки оставили свои вонючие «сувениры». Из окон свисало белье, а над мусорным баком, переполненным отходами и битым стеклом, жужжал несметный рой мух.

Блеск!

Окна в номере, который она сняла, выходили в тенистый внутренний дворик. Раздеваясь у окна, она наблюдала за тощей кошкой, сцапавшей что-то совсем крошечное, но разглядеть, что именно, Лили не смогла. Может, кусок веревки? Или незадачливую мышь?

Раздевшись до нижнего белья, она легла на бугорчатую кровать и стала прислушиваться к дребезжанию висевших за окнами, со стороны двора, кондиционеров, к звукам клаксонов и рокоту автобусов Вечного города. «В городе с четырехмиллионным населением легко затеряться, хотя бы на какое-то время, — подумала она. — Так просто меня здесь не найти».

Даже самому дьяволу.

15