За его спиной Орсини и девушка выскочили из караульного помещения и бросились бежать. И как раз в этот момент распахнулись большие двустворчатые ворота в дальнем конце площади. Взревел мотор, и весь в облаках пыли на площадь въехал джип. В задней части машины на подвижной турели был установлен пулемет, а за ним стоял полковник Ташко, посылая широкой дугой очередь, которая фонтанчиками вспорола землю у ног Орсини и девушки. Это заставило их остановиться и поднять руки.

Шавасс с замиранием сердца ясно увидел, как через открытые ворота вбегали солдаты с винтовками наизготовку. Когда джип резко затормозил, развернувшись, Франческа выскочила сзади и, пошатываясь, бросилась к нему. Шавасс вскочил на ноги и выстрелил в нее с бедра из винтовки.

Его первый выстрел поднял грязь в футе от нее, но тут же что-то ударило его в левую руку, развернув его, и он выронил винтовку. Он скорчился, как раненое животное, крепко сжимая руку, а сквозь пальцы сочилась кровь. Во внезапно воцарившейся тишине он услышал грохот сапог.

Когда он поднял взгляд, то увидел, что Адем Капо смотрит на негр сверху вниз и злорадно улыбается своим маленьким ртом.

Глава 11

Кое-что проясняется

Дождь проникал сквозь решетку окна, и Шавасс подтянулся и посмотрел через монастырские стены в сторону реки. Тут же он почувствовал боль в левой руке и с проклятиями опустился вниз.

Пуля прошла навылет, не задев кость, ранение было не тяжелое, и единственное лечение, которое ему предоставили, – это грубая повязка. Они находились в помещении, напоминающем склад, на третьем этаже главного здания. Лири Купи спала в углу, натянув на плечи одеяло.

Орсини склонился над ней, чтобы поправить одеяло. Когда он выпрямился, на его лице было какое-то странное выражение.

– Совсем еще девочка. Какая жалость, что она вмешалась в это дело.

– Я уже говорил, что ее участие не предполагалось.

Шавасс подошел к двери, выглянул сквозь дверную решетку и увидел часового.

– Боже, каким же я был дураком! Все было ясно как Божий день, а я ничего не видел.

– Франческа? – Орсини покачал головой. – Я все еще не могу в это поверить.

– Она сказала, что Мадонна в передней каюте катера, но там ее не было, и вспомни, что нам пришлось делать взрыв, чтобы проложить себе путь. Что ты на это скажешь?

Он зло пхнул ногой упаковочный ящик на полу.

– Вот сучка. Той ночью возле клуба «Тэбу», когда на нее напали. Они просто поджидали меня, чтобы показать мне этот спектакль. Все было подстроено.

– Но зачем? – удивился Орсини. – В этом нет никакого смысла. А что случилось с Мадонной?

– Вот как раз это мне и хотелось бы знать. Часть истории вполне достоверна, потому что ее подтвердил отец Шеду. По крайней мере, кажется, они не добрались до него, что уже неплохо.

В замке загремел ключ, и дверь распахнулась. Лири проснулась и вскочила на ноги, когда два солдата вошли в комнату, а за ними Ташко. Он изучающе посмотрел на девушку и ухмыльнулся.

– Приду к тебе позже.

Она плюнула ему в лицо, а он быстро, как змея, кинулся к ней и схватил за плечи. Как только Орсини и Шавасс двинулись вперед, солдаты угрожающе повели своими автоматами.

Лицо Ташко было совсем бесстрастным, когда он большим пальцем придавил у нее какой-то нерв. Рот Лири раскрылся в беззвучном крике, она рухнула на пол.

– Каратэ, друг мой. Может быть, вы слышали об этом? Тебе тогда подвезло с этой бутылкой водки. В следующий раз удача будет на моей стороне, уж это я тебе обещаю.

Он подал знак, и один из солдат схватил Шавасса за плечо и потащил наружу. Он краем глаза увидел, как Орсини опустился на одно колено около девушки, и дверь закрылась.

Они повели его по широкому, вымощенному камнем коридору к винтовой лестнице в его конце. Наверху Ташко открыл дверь, и его ввели в комфортабельно обставленный кабинет.

За столом сидел Адем Капо и просматривал бумаги. Он поднял глаза, и улыбка промелькнула у него на лице.

– Вы даже не представляете себе, какое удовольствие я испытываю. Мы так хотели заполучить вас после того маленького дельца, которое вы провернули в Тиране на прошлой неделе.

– Сигурми?

Капо кивнул.

– Итальянский фронт – это только одна грань моей обширной деятельности, и я уверен, вы высоко ее расцениваете.

– О, разумеется, – ответил Шавасс. – Вы, наверное, хотите задать мне несколько вопросов. Пожалуйста, но только о спорте и тому подобном.

– Ну конечно. – Капо обворожительно улыбнулся. – Я полагаю, сказывается английская порода?

– Вы хотите знать о том деле в Матано? Это игра, исход которой был заранее предрешен? Не было никакого Рамиза? И Марко Минетти тоже?

– Рамиз пролил кровь и был серьезной подмогой для женщины, которая сейчас здесь, в комнате напротив через коридор. А Минетти – это просто игра воображения.

– Так вот почему Франческа так настаивала, чтобы я не докладывал о том, что происходит в отделе С-2? В наше управление в Риме?

Капо кивнул.

– Сюжет просто гениальный. Он был уже разыгран одним талантливым молодым итальянцем по имени Карведжио, который попытался сделать тот же трюк, но поплатился головой.

– Ну а статуя?