Эми засунула в рот остаток рожка, и повисла напряженная тишина. Она дала ему прекрасную возможность выразить чувства к ней – поставила мольберт и пустой холст. Ему оставалось только написать «я вас люблю». Но он не написал.

– Я хочу назад, – сказала она.

– Домой?

– В Эмбергейт.

– Уже? Разве вам здесь не хорошо?

– Я думала, я вам нравлюсь, доктор Лэмборн.

– Вы мне нравитесь.

– Но не так?

Он вздохнул.

– Эми, пациентам свойственно развивать симпатию к доктору. Сама ситуация к этому располагает. Но вы должны понимать, что любые мои чувства к вам вызваны желанием помочь, даже вылечить вас, облегчить ваше возвращение в общество. – Он замолчал, чтобы она могла осознать его слова. – Это правда, что я к вам отношусь иначе, и меня не застать в парке с пациентами вроде Перл и Белинды, например. Но я возлагаю на вас надежды. Для меня вы особенная девушка. Я много времени посвятил вашему делу.

– Значит, для вас я всего лишь дело?

– Эми, пожалуйста, не искажайте мои слова.

Она замолчала. Как она могла так сильно ошибаться?

– Мне двадцать лет, доктор Лэмборн, и, знаете, меня еще никто никогда не целовал.

Доктор, казалось, был сбит с толку и не знал, что сказать.

– Эми, у вас еще все впереди. Вы красивая молодая женщина. Любой мужчина будет счастлив составить вам пару. Вы разве не заметили, как на вас смотрели люди, когда мы шли по набережной? Все оборачивались.

– Вы это просто так говорите.

– Нет, это правда! – упорствовал он.

Он подвинулся ближе и заправил ей за ухо выбившуюся кудряшку. Его прикосновение было как удар тока. Его пальцы скользнули к ее подбородку, Эми прильнула к нему и закрыла глаза, чтобы не видеть, как он отстраняется. Однако этого не случилось, и их дыхания слились в одно. От него пахло мылом и чуть-чуть табаком. Не открывая глаз, она дотронулась до его щеки, на которой только-только начала проступать щетина. Когда она уже была не в состоянии ждать, он накрыл ее губы своими. Его дыхание стало тяжелее и чаще, а руки оказались под ее одеждой.

Эми чуть не завизжала от счастья. Значит, она была права с самого начала! У него были чувства к ней, а теперь он открыл ей, насколько они сильны. И происходящее уже не оставляло никаких сомнений. Значит, дорога из Эмбергейта свободна! Она отстранилась и взяла его лицо в свои руки, чтобы поймать его взгляд.

– Я вас люблю, доктор Лэмборн, – прошептала она.

32

Он так торопился открыть дверь, что трижды уронил ключи перед входом. Войдя, он отбросил стопку почты и направился прямо на кухню. Там он включил кран с холодной водой на полную мощность, завернул рукава, подставил ладони и трижды прыснул себе в лицо. На полу образовалась целая лужа, а рубашка промокла насквозь. Он наклонился над раковиной, не в силах восстановить дыхание. Костяшки побелели, а в голове стучало так, что ему хотелось начать рвать на себе волосы от досады.

Они вернулись в больницу в молчании. Никто из них не знал, что сказать, но Эми явно лучше владела собой, подскакивая и держа его за руку с довольной улыбкой на губах. Он сжал кулаки и ударил по столешнице. Как можно быть таким глупым? Воспользоваться неискушенной молодой девушкой. И пусть она совершенно не сопротивлялась, он не должен был так поступать. Она даже сказала, что любит его. Всеми фибрами души ему хотелось вернуть ей эти слова, но как он мог? Он же ее доктор. Ему следовало отказаться от ее лечения, как только он понял, что у него появились чувства к ней, но он не смог. Не смог оторваться от нее. Она совершенно его очаровала.

Он взял полотенце, приложил к лицу и долго стоял, жалея, что нельзя повернуть время вспять. В глубине шкафа стояла бутылки виски, которую он хранил для таких случаев. Любителем выпить он не был, хотя и ценил хорошее вино. Сегодняшний вечер будет исключением. Высыпав на ладонь пару болеутоляющих таблеток, он запил их виски. Вторую порцию он отнес в гостиную, уворачиваясь от лучей заходящего солнца. Подойдя к камину и поставив стакан, он взял в руки фотографию в серебряной рамке и провел по ней рукой, смахивая пыль. Когда-то он очень любил эту женщину, хотел с ней будущего и связывал с ней все свои надежды и мечты. До того ужасного дня, когда она сказала ему, что хотя и любит его, но недостаточно сильно. После нее он и не надеялся снова влюбиться. Но Эми все изменила.

После ужина все отправились в комнату отдыха, а Эми, извинившись, пошла в кровать. Ей хотелось еще раз пережить события этого дня в замедленной съемке, насладиться каждой лаской и каждым поцелуем – и мягкими, игривыми, и страстными, настойчивыми. Она дрожала от каждого его прикосновения, все ее нервные окончания кричали от предвкушения. Он так долго тянул, но когда долгожданный момент, превративший ее из девушки в женщину, наступил, она оказалась в состоянии, о существовании которого даже и не догадывалась. И то же самое она видела в его лице, слышала в учащенном дыхании и чувствовала в исступленном движении бедер. Ну конечно, она была не просто его пациенткой. Она всегда это знала. И теперь даже он не сможет этого отрицать.