Читаем Клиника в океане полностью

– Судя по моим вычислениям, она шла где-то в Южно-Китайском море, – ответил Фэй, его дыхание уже отчасти восстановилось. – Мэй мне позвонила, когда они подходили к Гонконгу. Мне тогда показалось, что она чем-то встревожена, но я не придал этому значения. Может, если бы я...

– Брось, Фэй, что бы ты сделал-то, ведь твоя сестра была где-то в сотнях морских миль от тебя!

Я знала, что права, и в то же время понимала, что мои слова не избавят Фэя от чувства вины.

– Надо поспать, – сказал он через несколько минут. – Никто не должен ничего заподозрить! Ведем себя как прежде, как будто мы почти незнакомы. Но я еще зайду к тебе...

Расставшись с Фэем, я подошла к двери собственной каюты и вдруг вспомнила о нашей договоренности с Люсиль. Господи, да как же это я забыла о том, что француженка меня ждет?! Похоже, у меня совсем снесло крышу, раз я стала такой рассеянной! Схватив мобильник, я обнаружила шесть непринятых вызовов от своей приятельницы, но, перезвонив ей, ответа не получила. Скорее всего, она уже спит, ведь я опоздала на несколько часов!

Поклявшись – завтра первым делом нужно вымолить у Люсиль прощение, – я, измотанная и расстроенная, рухнула в койку и заснула, даже не укрывшись.

Утро началось как обычно, за исключением того, что после первой операции меня разыскала Нур и спросила, не видела ли я Люсиль.

– Что-то случилось?

– Наша звезда рвет и мечет, абла: Люсиль сегодня должна была делать ей новую грудь, на два размера больше прежней...

– Что значит – «должна была»? – перебила я девушку.

На борту в данный момент находилась лишь одна звезда – сорокапятилетняя Диана Лазарус. Последний фильм, в котором она сыграла юную девушку, сборов практически не дал, и актриса отчего-то решила, что виной тому – ее маленькая грудь. Не думаю, что третий размер можно считать маленьким, но, как говорится, хозяин – барин.

– Люсиль не явилась на операцию! – ответила Нур. – Я волнуюсь, ведь такого с ней никогда раньше не случалось!

Возможно, француженка и не отличалась примерным поведением в личной жизни, но обязанности свои она всегда выполняла четко, и ничто не помешало бы ей прийти на собственную операцию – ну, если только очень веская причина!

– Ты ходила к ней в каюту, Нур?

– Конечно, и звонила на мобильный раз сто, наверное, но никто не отвечает!

Даже сам по себе факт отсутствия Люсиль в операционной в урочное время тревожил, но, принимая во внимание нашу несостоявшуюся встречу, я не могла не думать о плохом. Француженка хотела о чем-то со мной поговорить, а я ее подвела!

В течение нескольких часов после разговора с Нур я беспрестанно, с перерывами, набирала номер Люсиль, но безуспешно. В свете текущих событий я и думать не могла о еде, но на обед все же пошла – со смутной надеждой увидеть-таки куда-то запропастившуюся француженку. Подходя к ресторану, я услышала истошный женский вопль. Затем мужской голос закричал:

– Man overboard![10] – Этот крик подхватили сразу десятки голосов. Кто-то из матросов кинулся к правому борту, и в воду полетели спасательные круги. Народ, находившийся на палубе, перекинулся на правый борт, откуда доносились крики, и я в их числе. Перегнувшись через перила, мы наблюдали за слаженной работой матросов, оперативно погружавшихся в шлюпку. Между тем капитан Шивдасани отдал приказ замедлить ход, так как при скорости в восемнадцать узлов мы уже заметно удалились от места падения человека в океанские волны.

– Какой ужас! – прозвучал рядом со мной голос Сарики. – Сколько здесь работаю, а ни разу такого не случалось!

– Нет, случалось, – возразил Ален Маршан, незаметно подходя к нам сзади. – Лет семь-восемь тому назад один из суданских матросов напился до зеленых чертей и решил, что он стоит на краю бассейна. Он сиганул в воду во-о-он оттуда, – главврач махнул рукой в сторону противоположного борта.

– И что? – спросила я.

– Разбился о воду – насмерть. Бедняга совершенно не умел пить!

В толпе людей я заметила Фэй Хуанга и Сару Насер. В воздух взлетела сигнальная ракета.

– Ну все! – сказал Маршан. – Ребята его подобрали.

– Наверное, опять кто-то не удержался от выпивки, – покачал головой Сафари, стоявший позади меня.

Народ расходиться не спешил: все ожидали возвращения матросов, чтобы узнать, жив ли несчастный. Через десять минут тело вынесли на одну из нижних палуб. Мы смотрели сверху, но некоторые, особенно любопытные, спустились туда.

– Это женщина! – крикнул кто-то с удивлением.

– Женщина?! – пронеслось в толпе. Этого и в самом деле не ожидал никто, уже привыкнув к мысли о незадачливом пьянчужке.

Я посмотрела в широко раскрытые глаза Нур: мы еще не видели пострадавшую, но обе, похоже, уже знали, кто ею окажется! Но мне требовалось в этом убедиться, поэтому, несмотря на протесты людей Имрана Хусейна, оперативно блокировавших лестницы, я все же «просочилась» вниз. Люсиль лежала там, окруженная матросами. Мне не потребовалось больше одного взгляда, чтобы понять – она мертва.

– Вы – врач? – обратился ко мне один из матросов. – Можете что-нибудь сделать?