Читаем Клятва варвара полностью

Валвилцы так спешили, что даже не остановились на дневной привал. Воины переносили тяготы похода стойко, а вот женщина начала отставать. В сложившейся ситуации северянин принял единственно верное решение — оставить ребенка на попечение альвов. Здесь мальчишке уже ничего не угрожает. В конце концов, условие Менхола варвар выполнил — до Стонгэлса лучники проводят Кристана и служанку и без него.

Попрощавшись с фессалийкой, Конан с барадами, Ивоном одним из местных охотников отправился дальше. Солар только-только коснулся горизонта, а путешественники уже достигли города крусов. В первое мгновение киммериец не узнал это тихое маленькое поселение. Оно превратилось в огромный, шумный, беспокойный муравейник. Сотни костров, столбы дыма, поднимающие к небу, звонкий смех бегающих детей, озабоченные лица готовящих еду женщин. В пределах защитной стены все альвы разместиться не могли, а потому многие лесные жители расположились на поле возле Стронгэлса.

Всюду, куда бы ни бросил взгляд северянин, замечались ряды наспех построенных шалашей и навесов. Другая особенность — почти полное отсутствие мужчин, видны лишь несколько охранников на сторожевых вышках и десять лучников у открытых настежь ворот. Организовать хорошую оборону город просто не в состоянии.

Воины быстро миновали и вошли в поселение. Проводник уверенно вел путешественников по городу. На главной площади Стронгэлса, как и в любом другом поселении Валвила, был установлен идол Гранфаса, бога альвов, могущественного повелителя леса. Именно он покровительствовал народу маленьких лучников.

Возле изваяния божества стояли несколько жрецов и три вождя. Касты альвов отличались друг от друга по одежде. Жрецы одевались в длинные просторные балахоны, военные вожди-в узкие штаны и короткие рубахи. За спинами — луки и колчаны со стрелами. Рука одного из воинов перевязана, но кровь все же проступает — видимо, он недавно побывал в битве.

Увидев путешественников, альвы смолкли и повернулись к отряду. Барады замерли в отдалении.

— Мы рады, что ты вернулся, — проговорил Менхол, взглянув на Конана. — Где мальчик?

— Он остался вместе с крусами, — вымолвил северянин. — Его нянька идет слишком медленно, а времени у меня осталось мало. Завтра утром Кристан окажется в Стронгэлсе. Могли бы и сказать, что это сын Селены.

— Никогда не надо торопить события, — ответил главный жрец. — Я прекрасно осведомлен о твоих взаимоотношениях с королевой Фессалии. Мужчины всегда болезненно реагируют, когда у женщин оказывается ребенок от другого. Ты не исключение, а наследник престола из рода Андаров должен жить.

— Предусмотрительно, — усмехнулся варвар, вспоминая свои чувства.

Старец был прав. Узнай варвар, кого именно придется спасать, то он мог бы принять и другое решение. В Трунсоме выбора уже не осталось. Обида прошла, зато появилась злоба и ненависть к Олбину. Да и ребенок понравился Конану: симпатичный, веселый малыш, очень похожий на мать. Северянин продолжал расспрашивать вождя:

— Как ваши дела?

— Оглянись вокруг, — вступил в разговор валвилец средних лет. — Возле города собрались шесть племен. Их земли захвачены бафирцами, поселения сожжены. Бафирцы упорно продвигаются дальше на Полночь, а оттуда наступают гномы. Мы не в состоянии удержать ни тех, ни других. Через три луны государство альвов перестанет существовать. Наш единственный шанс — закрепиться на выступе между озерами у Глэтарота. Там узкий перешеек. Есть надежда, что противники передерутся между собой. Но я с ужасом думаю об этом времени…

— Почему? — поинтересовался варвар.

— Слишком мало земли, — пояснил Уфтин. — Она не в состоянии прокормить столько альвов. Охотиться стало трудно, животные покидают опасные места. Скоро начнется голод.

— А если пожертвовать частью племен? — предложил Конан.

— Об этом не может идти и речи, — молниеносно отреагировал Менхол. — Валвилцы — единая семья и никого в беде не бросят. Либо мы победим, либо умрем.

Заложив руки за спину, киммериец внимательно посмотрел на вождя крусов. За прошедшие два года альв почти не изменился. Только седины в волосах прибавилось. А ведь после похода на Фессалию его лидерство никто не оспаривал — когда в Валвил вторглись бафирцы, именно Уфтину доверили командование армией. В поведении вождя не чувствовалось ни высокомерия, ни надменности. Видимо властолюбие и корысть чужды альвам.

— Сколько у вас бойцов? — вымолвил варвар, пытаясь разобраться в ситуации.

— У меня три с половиной тысячи лучников, — произнес крус. — Примерно столько же находятся на Полуночи. Если снять всю охрану наберем еще полторы…

— Не густо, — заметил Конан, — а что у врага?

Тяжело вздохнув, валвилец негромко сказал:

— С Полудня наступают около десяти тысяч бафирцев, им помогает полк гатвэйцев. Противник двигается тремя колоннами, постоянно пытаясь взять нас в клещи.

— Разумно, — кивнул головой киммериец. — Удавалось им кого-нибудь окружить?