Читаем Клятва обмана полностью

Это был следующий логичный шаг — навредить одному из них, чтобы заговорил другой. Потому Натенек настаивал не сближаться с другими людьми. Но Савенеку нравилась Ари. Даже больше. Он влюбился в нее.

— Когда мы не отреагировали, они подумали, что мы и не поняли, и ушли.

— Хорошо, что ты промолчала, — сказал Савенек. Если бы они узнали, что Ари говорила на их языке, они бы так не болтали. У него появился план. Если они заставят нужного человека говорить при Ари, может, он выдаст путь из этого проклятого города.

— Я хочу домой, — сказала она тонким голосом.

— Расскажи о своем брате, — ему нужно было отвлечь ее. Если она будет много думать о том, где они и почему, то впадет в депрессию. Такое бывало часто с младшими ребятами в Братстве. Взаперти людям было плохо.

— Я боюсь, что разговор о нем усилит тоску.

— Возможно, — но это и напомнит ей, за что она боролась.

Они услышали, как дверь закрылась вдали, за этим последовали голоса.

— Кто-то идет, — шепнул Савенек. — Отойди вглубь камеры и сделай вид, что спишь, — он вскочил на ноги и отошел в другую часть камеры, сел на холодный каменный пол.

Подошла принцесса Лареисса.

— Слышала, тебя сюда бросили, — сказала она Савенеку вместо приветствия.

— Подумал увидеть весь замок перед отбытием, — ответил он. — Признаюсь, тут не так уютно, как в прошлой комнате для меня.

Она улыбнулась.

— Ты мне всегда нравился. То, как ты шутишь и заигрываешь. Так не похож на моих братьев.

— Зачем ты тут? — спросил он. Знал ли кто-нибудь, что принцесса тут?

Она пожала плечами.

— Хотела увидеть своими глазами. Отец сказал, что поймал вас, сбегающих из столицы, — она с вопросом приподняла брови.

Савенек кивнул.

— Когда я понял, что твой брат не хочет продавать нам оружие, мы решили уйти. Сестра хочет домой.

Лареисса оглянулась и шагнула к камере.

— Ты же знаешь, что выхода нет? — прошептала она.

Он долго думал, а потом ответил:

— Попытка не пытка, — он подошел к прутьями, ближе к ней. — Как с тобой. Я знал, что мы не ровня. Ты неприкасаемая. Но я хотел быть ближе, ведь ты так красива.

— Ты опасный, — и потому он ей нравился. Потому он играл роль. — Мой отец написал королю Рассека, чтобы узнать, отправить вас туда или убить самому.

— А я думал, что твой отец — король и правит Апетагой, — сказал Савенек. — Я не понимал, что он работал на Рассек. Потому, видимо, ты не так важна. Потому они выдадут тебя за старика из Тельмены.

Лареисса нахмурилась, его слова ей не нравились.

— Ты ничего не знаешь, — она повернулась и ушла.

— Ты пытался разозлить ее? — спросила Ари.

— Да, — когда люди злились, и эмоции выходили из-под контроля, они становились не очень внимательными. — Даже принцесса не знает выхода из города. Я удивлен, но не в шоке. Если бы она знала, уже убежала бы, — ему нужно было выманить кого-то выше, а это будет сложнее. — Есть идея.

— Почему-то мне кажется, что это мне не понравится, — буркнула Ари.

Потому что не понравится. Но это был лучший вариант. Савенек заговорил о плане.

* * *

— Эй! — орала Ари. Она стояла, сжав прутья камеры, и кричала. — Меня слышат?

— Йа? — сказал один из стражей, приближаясь.

— Я хочу поговорить с принцем Паттеоном, — сказала она. — Скажите ему, что я готова говорить.

Савенек сомневался, что страж ее понял. Потому он и сказал ей назвать имя принца. Хоть это страж должен был понять.

— Паттеон?

— Да, — она закивала оживленнее, чем нужно было.

Страж ушел, скорее всего, за принцем. Пока все было хорошо.

Савенек не работал ни с кем, кроме отца. Пару раз его отправляли на миссии с одним из товарищей, и он быстро понимал, что, когда появлялись проблемы, и все шло не по плану, другой человек не мог быстро импровизировать. Потому Савенеку нравился его отец. Натенек был гениален. Строгий, но гениальный. Но почему-то с Ари Савенеку работалось хорошо. Она играла роль, и играла хорошо. Она показала свои ум и быструю реакцию уже не раз.

Страж вернулся. Он отпер камеру Ари и махнул ей идти. Она без колебаний пошла за ним по коридору и пропала из виду.

Савенек сжал кулаки. Он знал, что был шанс, что Ари заберут в покои принца, а не принц придёт к ней. Но Савенеку не нравилось, что Ари увели от него. Ему не нравилось, что он не мог помочь ей, если будет нужно. Он закрыл глаза, глубоко вдохнул, медленно выдохнул. Она могла о себе позаботиться. Это нравилось ему в ней больше всего. Но ему все еще не нравилось, что она была в руках врага. Если Паттеон ее хоть пальцем тронет, Савенек оторвет все пальцы принцу, стараясь причинить как можно больше боли.

Без Ари подземелье лишилось жизни. Тут было слишком тихо. Савенек хотел в это время продумать путь побега. Потирая лицо, он вспоминал, как их привели в подземелье. Солдаты отвели их в конюшню, назад, где дверь была в полу. Они спустились по ужасно узким ступенькам, прошли по коридору, повернули направо, налево, и их камеры были седьмой и восьмой справа.