Читаем Клятва обмана полностью

Почему он так переживал за нее? Почему его сердце колотилось? Почему от мысли, что ей кто-то навредит, ему хотелось что-нибудь ударить? Он только ее встретил. Он не должен был так переживать. Он упер руки в бока и глубоко вдохнул. Ари была из Империона и работала на императрицу, как и Савенек. Он уважал ее роль и решимость. Вот, у него не было к ней личных чувств. Он любил Хану. Ари даже не была его типом. Да, у нее была милая улыбка. Когда она улыбалась. А это бывало редко.

Как долго он будет заперт в комнате? Ему нужны были вода и еда. Так в Апетаге обходились с послами других королевств? Когда начнутся переговоры? Сразу? Или ему придется пожить при дворе, и после мероприятий они перейдут к делу? Лучше бы Ари играла роль переводчика. Так ему будет проще следить за тем, что творится при дворе, и играть роль ее заботливого брата. И Ари так будут видеть как важного человека. Так ей никто не навредит.

Он прошел к открытым дверям и вышел на каменный балкон, поразился чудесному виду. Теплый воздух дул вокруг него, трепал шторы у дверей. Все выглядело изящно и спокойно. За стеной замка был городок. Улицы были выстроены прямыми линиями, здания были выкрашены в яркие цвета. Всюду были растения — в горшках на улицах, на окнах и на боках зданий. Это сильно отличалось от Города Императора, где все было песчаным, коричневым и скучным. Савенек не был против простоты дома. Но он знал только это, и это было ему знакомым. Краски тут почти ранили его глаза.

За городом между холмами устроилось озеро, блестело в свете солнца. Несколько лодок плыли по воде. Апетага могла продавать оружие, но Савенек не думал, что оружие делали в этом городе. Не было видно фабрик, не звенел металл, и дым не поднимался вдали. И где делали оружие? И куда делась Ари?

Он сжал кулаки, пытаясь сохранять спокойствие. Тут было мирно, и он будет изображать спокойствие. Вдох, выдох.

Краем глаза он уловил движение на одном из балконов. Он посмотрел туда, но там никого не было. Кто-то мог следить за ним. Кожу покалывало. Заставляя себя улыбаться, он прошел внутрь и постарался выглядеть расслаблено и не опасно.

Все расплывалось, это явно было из-за эликсира. Он скривился, а в голову пришла мысль — а если Ари не выжила в пути? Она была такой худой, что эликсир мог убить ее. Он потер виски, в нем загорался огонь. Он был на миссии, нужно было держать себя в руках. Он не мог срываться.

Где она была?

Кто-то постучал в дверь. Он повернулся ответить, и дверь открылась.

ГЛАВА 8

Часовой стоял на пороге. Девушка втиснулась мимо него и ворвалась к Савенеку.

— Брат, — она обняла его. — Я так переживала.

Савенек ошеломленно обвил ее руками.

Она отошла от него и повернулась к часовому.

— Спасибо, что привели меня к брату. Теперь оставьте нас, — страж кивнул и вышел. Дверь закрылась, и она повернулась к Савенеку. — Сотри это глупое выражение с лица.

Каштановые волосы Ари ниспадали вокруг ее плеч, шелковое платье делало ее кожу сияющей. Она была прекрасной.

Она прошла плавно в дальний конец комнаты, изящно опустилась на один из двух диванов.

Савенек невольно пялился. В одежде парня она выглядела нескладно, но теперь…

— Честно говоря, — сказала она, — ты словно никогда женщину не видел, — она похлопала по месту рядом с собой.

Стараясь взять себя в руки, он подошел и сел, оставив место между ними. Он не мог отвлекаться от миссии.

— Я уже ощущаю себя открыто, — прошипела она. — Так что хватит так на меня смотреть. Я знаю, что выгляжу глупо, но они дали мне эту одежду.

Мода женщин не была сильной стороной Савенека, но наряд на Ари потрясал. Такое в Империоне не носили. Две тонкие лямки голубого шелка тянулись от ее плеч, расширялись над грудью и прикрывали ее, соединялись вокруг живота, и ткань свободно ниспадала на пол. Ее руки были голыми, как и шея и участок между грудями. Ее волосы ниспадали нежными волнами до талии.

Желание задеть ее руку охватило его с силой. Он отодвинулся дальше. Может, на него действовала жара. Он потянул за край туники, нуждаясь в воздухе. Он напоминал себе, что Ари была не его типом. Она была слишком худой и костлявой. Его не влекло к ней. Совсем.

— Тебе нужно помыться, — она сморщила нос. — Когда ты проснулся?

Он кашлянул, стараясь выглядеть спокойно и собранно, а не взволнованно.

— Двадцать минут назад. А ты?

— Прошлой ночью. Когда я увидела, что тебя рядом нет, стала беспокоиться. Утром я настояла, чтобы меня пустили к тебе, — она сцепила ладони, ерзая.

Она переживала? Наверное, потому что, если что-то пойдет не так, он был ее шансом выбраться живой. Вряд ли у нее были чувства к нему. Они едва знали друг друга, и с момента встречи ее отношение к нему было напряженным.

— Я в смежной спальне, — она указала на дверь, которая, как думал Савенек, вела в гардеробную. — Помойся, и мы поговорим, — Ари прошла к двери. Она отперла ее, приоткрыла и вышла из его комнаты.

Он смотрел ей вслед. Он сглотнул и отвернулся от двери в комнату Ари. Что с ним? Он говорил себе думать о Хане. Но, когда закрывал глаза и пытался представить ее, видел только Ари.

* * *