Читаем Клеврет с Антара полностью

Не давшимся смерти и вырвавшимся из её приближавшихся страшных объятий надвигающегося небытия — растворения своего «я» в Силе… Многие мечтали и до него. И после. Но первым нашёл путь к вечной жизни он. Чтобы отшагивать вместе с временем и Галактикой эпохи, размышляя от вечности и познавая Силу.

Этого… бессердечного всеобъемлющего монстра-родителя и одновременно заботливую родительницу.

Всего живого.

Которое само, в свою очередь, породило в этой Галактике Силу, едва вырвавшись из первородного хаоса мёртвой материи.

Он давно бросил попытки понять сей парадокс — сама жизнь породила Силу и Сила, пронизывающая всю живую и неживую материю в Галактике.

* * *

За сотни тысяч лет жизни и странствий в Галактике от встретил пятерых, подобных ему. В разные времена взобравшиеся на самую вершину могущества. Своими путями. Познанием, свершениями. И ужасающими злодеяниями. Они нашли общий язык, как-то договорились о взаимоприемлемом взаимодействии. И правили, хотя и опосредованно, низшими расами. Всякое было.

Впрочем, он спохватился о том, что цель не оправдывает средства только тогда, когда посчитал, что наконец то достиг личного счастья и гармонии. Седьмая. Встреченная им юная одарённая, способная подняться на их уровень. Это было тогда, когда он достиг зенита своих познаний и могущества. И решившего, что пришло время создать с любимой настоящую Семью.

Она стала Матерью. Их стало девятеро.

Он готовил место для неё в пантеоне. А она… возжелала всего и сразу.

Позже, бросая им несправедливые упрёки, она обвинила его в том, что нужна была ему, Отцу, лишь как подходящее лоно для потомства.

А он… всего то долго размышлял, как лучше свершить необходимое и хотел провести процесс преображения смертной формы в любом из источников мягче. Не заставляя её излишне страдать.

А, возможно, его настоящая вина была лишь в том, что он решил, что она должна сперва родить для него.

Чтобы стать по настоящему рядом с ним. И теми, кому они вдвоём подарили жизнь…

* * *

Одна из рас-слуг — Раката, собравшие всю свою мощь в невообразимый интеллектуальный кулак и смогших сконструировать невиданные технологические устройства, восстала против Небожителей, разобравшись сперва с Гри и Ква.

И они, Небожители, безмятежно наблюдали за происходящим. Отстранившись от «жалких войн» смертных.

А после пришёл их черёд.

Против изобретательности, помноженной на ярость и погружение в Тёмную Сторону совокупности индивидов целой расы не смогли устоять пятеро, встреченных им, других зазнавшихся Небожителей.

Эти пятеро не смогли уйти даже в Силу. Развоплощённые в схватках с расой, использовавшей чудовищные порождения сплава Тёмной Стороны и технологических достижений.

Как будто тех Небожителей и не было никогда.

Такова была ярость этой Расы, не способной воспринять даже каплю Света.

Но его ярость и желание мести за равных себе и страх за детей были больше. Он, поддержанный Сыном и Дочерью, нашёл способ и отомстил.

Медленно, но навсегда лишив их доступа к Силе. А его лучшее философское детище — Орден Равновесия, нанёс раката главный удар, от которого они не оправились.

Конечно же, он знал, где и поныне скрывались жалкие остатки расы, сознательно шагнувшей во Тьму без возврата.

Милосердие было не чуждо ему.

Хотя и очень своеобразное.

* * *

Он, в чём то ожесточился. После падения той, что ныне звалась Абелот. И, особенно после её временного противоестественного союза с воздвигавшими свою Бесконечную Империю.

У его и детей, после её падения, не хватило тогда решимости сразу оборвать нить её присутствия здесь, на этом плане бытия Силы. Ни в следующие разы, когда им приходилось усмирять её, вырывавшуюся из Мау на свободу, стоило ей утянуть соблазнительным зовом в Силе кого-то из смертных одарённых, завлечённых в её сети обмана и лжи и помогавших ей снаружи прорываться сквозь лабиринты перекрученного пространства.

Иного решения не было и тогда, когда её трансформация началась, ни, тем более сейчас, когда она прошла так далеко по пути Зла.

Только вечная тюрьма.

И он, вечный страж для любимой.

* * *

С некоторых пор видения будущего стали двоится и искажаться.

Последние тысячелетия игры Ситов, этих новых исчадий из смертных, использующих, но не способных по настоящему контролировать соблазны могущества Тёмной стороны, поглощавшей их, начинали беспокоить его.

Достойные «идейные наследники» пожиравших и в переносном и в самом прямом смысле себе подобных представителей безвозвратно павшей в Тьму расы.

С превеликим трудом противостоящие им джедаи отправили навсегда в Силу самого могущественного из них, Императора Вишейта.

Длительное противоборство двух философских школ Силы продолжалось, то разгораясь, то слегка затухая.