Читаем Клеймо создателя полностью

Еще раз: Автор не занимается богоборчеством. Любой трезвый человек понимает, что бешено развивающиеся технологии очень скоро и до полной неузнаваемости изменят и цивилизацию, и церковь, и самого Господа Бога (достаточно почитать того же Эриха Фромма, сравнивая его трактовку Создателя, основанную, кстати, на том, чему церковь поклоняется – на Священное Писание, только прочитанное современным и выдающимся мыслителем, – с трактовкой рядового священника или церковного иерарха). Значительное увеличение продолжительности жизни с постоянным сохранением физической привлекательности, неизбежное вслед за этим ограничение рождаемости, замена органов чувств на надежные и даже дистанционные, а других органов – просто на надежные (вплоть до замены – страшно сказать! – мозга, что сегодня кажется невозможным и святотатственным), интенсивное общение людей без неуклюжих гаджетов, а также многое, многое другое – все это гораздо раньше приведет к результатам, которые уважаемая Джилл Тартер ожидает через десятки миллионов лет. А что говорить о том, каким будет мир через несколько сот миллионов лет (начало соприкосновения с Галактикой М20) или через 5—6 миллиардов (поглощение планет красным гигантом, в который превратится Солнце) или еще через столько же (значительное рассеяние материи во Вселенной)? Где тогда – и как долго потом – бывших праведников будет ждать вечное воздаяние, а бывших грешников – вечное возмездие? Или этого никогда не случится? Ну-ну!.. Миллионы (да и миллиарды!) лет пролетят как одна секунда – несложно догадаться по собственному опыту. Но Человека такой ход событий, разумеется, не устраивает. И придется ему – если то позволит физика – заняться созданием новой Вселенной. Ибо если Второй Закон ведет мир к разрушению, то как-то в самом начале должен был этот мир возникнуть, чтобы над ним в дальнейшем куражился Второй Закон! И что поможет Человеку? Церковь, которая во все века сопротивлялась Разуму? Сегодняшнее Государство Российское, которому Человек на дух не нужен? Нет. Только, только, только наука. А Бог? Да в тех пределах, в которых Бог не мешает науке – Бог с ним! – пусть существует и Бог. Его существование несущественно в принципе. А вы говорите – «богоборчество»!

Во-вторых, отмечая литературные достоинства или недостатки книжки, мало кто задумался о сути предмета – предположения об арифметической составляющей генетического кода, то есть фактически о его искусственной природе. Только бесконечно уважаемый мною Анатолий Давидович выразился в том духе, что вся приведенная «цифирь» – результат случайного совпадения. И Борис Ефимович расценил всё как «ересь». Да Михаил Сергеевич недоуменно пожал плечами: чушь, не стоящая обсуждения. Очень (!) хотел бы согласиться с ними, но что-то удерживает: слишком, слишком удивительна игра Природы – если это игра. И Тиджани Негади тоже был впечатлен описанным тетраэдром. Но Михаил Викторович пояснил, что современная математика все же не располагает еще инструментами, позволяющими утверждать случайность (или неслучайность) формальной организации генетического кода земных организмов. Большинство же читателей (в полном соответствии с предположением Николая Вениаминовича) так и не поняло, что Автор хотел нам (как они выразились, ощущая свое большинство) сказать. Что ж, Автор сожалеет об этом; он сказал лишь то, что хотел и так, как сумел.

Дорогой Феликс,

Ваш текст я прочитал от начала и до конца, в основном с удовольствием и интересом. Однако, скажу прямо, что и то, и другое относится, по преимуществу, к лирическим отступлениям, которые занимают большую часть книги. Многие пассажи о религии, космологии, политике, культуре и проч. кажутся мне чрезвычайно удачными.

Напротив, то главное, ради чего написан текст, а именно «клеймо создателя» в структуре генетического кода, представляется мне совершенно не интересным, не то чтобы даже неверным, а просто не имеющим никакого отношения к делу. Это старая, недобрая нумерология, больше ничего. Чрезвычайно мне напоминает знаменитый эпизод из Войны и Мира, где Пьер пытается с помощью своего имени закодировать Число Зверя – помните наверняка, l’Russe Besuhoff.