– Я только что позвонил ей… понимаете… дело в том… я действительно беспокоюсь о моей невесте, – выдавил он наконец.

– Назовите, пожалуйста, ваше имя и номер телефона, – сказала Эми, хотя его номер уже был у нее перед глазами.

Он торопливо выпалил и то и другое.

– Мне кажется, у моей невесты неприятности. Я позвонил ей, когда она въезжала на подземную парковку под нашим домом. Она сказала, что там прячется кто-то и что ей страшно, а потом я услышал, как она закричала, и связь оборвалась.

– Вы пробовали позвонить ей еще?

– Да, да, пробовал. Пожалуйста, направьте туда кого-нибудь – я очень за нее беспокоюсь.

Опыт и чутье подсказывали Эми, что его тревога реальная, а случай потенциально серьезный.

– Назовите, пожалуйста, ваше имя.

– Джейми. Джейми Болл.

Несмотря на фоновый шум, говорил он теперь четче.

– Пожалуйста, адрес, ее имя, марка, модель и регистрационный номер автомобиля, – попросила Эми, продолжая печатать. – И коротко, как выглядит ваша невеста.

Он ответил на все ее вопросы и торопливо добавил:

– Пожалуйста, пожалуйста, пошлите туда кого-нибудь. И, если можно, побыстрее – там что-то не так.

Эми взглянула на свой экран, потом на карту. Поискала взглядом розовый значок. Нашла.

– Сэр, машина отправляется по названному адресу.

– Спасибо. Большое спасибо.

Она услышала, как дрогнул его голос.

– Пожалуйста, оставайтесь на линии. Сэр? Мистер Болл? Джейми. Меня зовут Эми.

– Извините. – Похоже, ему удалось взять себя в руки.

– Пожалуйста, дайте мне номер мобильного и домашнего телефона вашей невесты и регистрационный номер ее автомобиля.

Болл назвал оба номера телефона, но неожиданно сбился на номере машины.

– Начинается с GU10. Пожалуйста, попросите их поторопиться.

– У вас есть какие-либо предположения относительно того, кем может быть тот человек на подземной парковке? Раньше вы или ваша невеста видели там подозрительных личностей?

– Нет. Нет. Но там темно и нет никакой охраны. Несколько месяцев назад какие-то хулиганы разбили пару машин. Я еду сейчас туда, но буду не раньше чем через полчаса.

– Полицейский наряд прибудет на место через считайте минуты.

– Пожалуйста, убедитесь, что она в порядке. Пожалуйста. Я люблю ее. Пожалуйста, убедитесь, что она цела и невредима. Пожалуйста.

– Сэр, я дам выехавшим туда полицейским номер вашего сотового. Они свяжутся с вами.

– Я слышал, как она кричала. Господи, я слышал ее крик. Это ужасно. Они должны ей помочь.

Записав данные, Эми тут же отправила их флеш-сообщением оперативному дежурному Энди Киллу.

Который незамедлительно оповестил о случившемся дивизионного коммандера Брайтона и Хоува Нева Кемпа и дежурного центра кризисных ситуаций, старшего инспектора Джейсона Тингли, сообщив, что речь может идти о потенциальном похищении.

7

Четверг, 11 декабря

ПК Рейн[3], так в полиции называют – причем почти всерьез – эту погоду. Жулики и мошенники не любят мокнуть под дождем, так что, когда на Брайтон и Хоув обрушивается такой вот ливень, уровень преступности почти всегда соответственно падает.

Декабрьский вечер, шесть часов. Темно и холодно. Констебль Сьюзи Холидей вместе со своим неизменным напарником, констеблем Ричардом Крайком, известным как РВК и славящимся в среде блюстителей порядка фотографической памятью, ехали вдоль набережной Хоува в патрульном «форде-мондео». Справа остались идущие чередой террасные особняки, слева – пустынные лужайки с растянувшимися в ряд пляжными домиками. Еще дальше, за променадом с уличными фонарями, бушевал, взбивая пену, Пролив.

Смена близилась к концу, до пересменки, в семь вечера, оставалось меньше часа, и день выдался тихий. Они выезжали на небольшое дорожное происшествие – мотороллер столкнулся с фургоном, но, к счастью, никто не пострадал; заглянули в аптеку на Севен-Дайлс – какой-то мужчина свалился у входа, предположительно от передозировки; и, как случается едва ли не в каждую смену, побывали на месте очередной домашней разборки, завершившейся арестом сожителя-бойфренда. За последние восемнадцать месяцев женщина вызывала полицию уже в четвертый раз, и Сьюзи надеялась, хотя и не очень в это верила, что теперь та наконец выставит буяна за дверь. Трагедия многих жертв домашнего насилия в том, что со временем они падают духом, теряют уверенность и им уже недостает смелости избавиться от партнера или уйти самим – они попросту не верят, что способны наладить жизнь собственными силами.

Еще несколько часов, и район даунтауна вокруг Уэст-стрит, с его барами и ночными клубами, превратится в потенциальную военную зону, как бывало каждый четверг, пятницу и субботу, и порядок здесь будет поддерживаться за счет строгого, но доброжелательного контроля в рамках операции «Мрамор», обеспеченного массовым полицейским присутствием. К счастью, нынешний график дежурств освобождал их от ночных смен с постоянными драками и стычками с пьяными, лезущими на рожон чавами[4]. Хотя, по правде говоря, среди полицейских находилось немало любителей потолкаться, как они это называли, и получить на законных основаниях дозу адреналина.