Грейс достал телефон и попытался вызвать подкрепление, но дисплей показал, что приема здесь нет. Он сунул телефон в карман и снова посветил фонариком – по стенам подвала запрыгали тени. Тревожно зазвенели нервы. Что там, на другом конце туннеля?

Грейс еще раз направил луч в туннель – пара крохотных глаз вспыхнула, как рубины, в его глубине. Клаустрофобия была его давним врагом; он еще в детстве чувствовал себя неуютно, когда, играя в прятки, укрывался в гардеробе или в старом сундуке на чердаке у родителей. Однажды пришлось ползти по трубе ливневой канализации, чтобы взглянуть на обнаруженный там труп женщины, и это потребовало от него всего мужества, а само приключение оставило не самые приятные воспоминания.

Зажав зубами фонарик и стараясь не думать о худшем, Грейс пригнулся и шагнул в туннель. Луч сначала затерялся в темноте, а потом впереди снова сверкнула пара крохотных рубинов. Увидев его, крыса метнулась в сторону.

Грейс знал, что должен вернуться и вызвать сюда группу Мартина, но любопытство и решимость толкали вперед. Что-то, по ощущению похожее на паутинку, коснулось волос, и он вздрогнул, отмахнулся и двинулся дальше. В голову лезли самые разные мысли. Вчера они переехали в новый дом. А он здесь, в этом треклятом туннеле. И что ждет его в конце?

Воздух в туннеле был холодный, но время от времени откуда-то тянуло теплом. Пол под рогожей тоже был холодный, а еще сырой и каменистый. Каждый раз, поднимая голову, он стукался о потолок. Один внутренний голос советовал повернуть назад и направить в туннель поисковую команду. Но другой – он звучал в голове решительно и твердо – гнал вперед.

Вперед и вперед.

Там, в конце пути, может быть Логан Сомервиль. Жива ли еще она?

Внезапно стены раздвинулись и туннель расширился. Грейс посветил фонариком вверх и увидел высокий сводчатый кирпичный потолок. Он выпрямился, взял фонарик в руку и поводил им по сторонам. И справа, и слева, и впереди – луч везде упирался в кирпичную стену.

А потом из темной пустоты донесся голос. Чистый, ясный, с небрежным акцентом выпускника частной школы и ноткой снисходительности. Голосу вторило слабое эхо.

– Детектив-суперинтендент Грейс, полагаю? Весьма любезно с вашей стороны. Мы вас ждали.

96

Суббота, 20 декабря

На мгновение внутри все похолодело. От изумления он даже выронил фонарик. Тот покатился по бетонному полу, и луч заплясал по стенам. Грейс наклонился, схватил фонарик и махнул им по широкой дуге. Свет, отразившись от каких-то блестящих предметов, ослепил его и сбил с толку. Потянуло сыростью.

В следующий момент он увидел уже не одну, а три пары глядящих на него глаз.

Грейс застыл на месте.

Через несколько секунд все пространство наполнилось тусклым, с зеленоватым оттенком светом. Теперь детектив увидел, что же блеснуло в свете его фонарика. Подвешенные на металлических цепях, с потолка свисали три цилиндрических стеклянных контейнера, каждый из которых был под самый верх залит жидкостью, напоминающей в зеленоватом свете мутноватую озерную воду.

И внутри всех трех стеклянных труб висело, подвешенное проволокой за шею, бледно-розовое существо. В первые мгновения Грейс принял их за неких животных. Свиней?

Господи, уж не проводит ли Крисп какие-то секретные опыты над животными?

Взгляд заметался от одного цилиндра к другому, и Грейс вдруг понял, – а поняв, похолодел от ужаса, – что видит не животных, а людей. И это их глаза смотрят на него.

Обнаженные мужчины, каждому около тридцати, таращились на него широко открытыми, невидящими глазами. Безрукие и безногие. Один почти полностью лысый, двое других с всклокоченными волосами, и у каждого щетина на лице.

По спине поползли мурашки. В какой-то момент Грейс почувствовал себя так, словно оказался на съемочной площадке современной версии «Алисы в Стране чудес». Может быть, это голограммы? Хитроумная проекция? Господи, что же это такое?

Слева, совсем близко, вдруг вспыхнул большой экран. Эдвард Крисп сидел в кожаном кресле перед письменным столом в своем кабинете. Том самом, на верхнем этаже. В костюме, с галстуком и самодовольной ухмылкой на лице. Подавшись вперед, доктор вскинул руки. И со всех сторон на Грейса обрушился тот же гулкий голос выпускника привилегированной частной школы.

– Нет, правда, детектив, для меня большая честь приветствовать вас в моей тайной обители! Я хотел бы представить вас моим коллегам, оказавшим немалую помощь в планировании моих проектов. Итак, перед вами мои мертвые друзья! По-моему, вы еще не имели возможности познакомиться с Маркусом, Харрисоном и Феликсом? Да-да, мы очень крепко подружились, хотя так было не всегда.

Сдерживая отвращение, Грейс снова посмотрел на изуродованные тела и тут же перевел взгляд на экран. Глаза Криспа сияли от радости за стеклами очков.

– Маркус Госсадж, Феликс Гор-Паркер и Харрисон Чаффинч – думаю, вы знаете его как Харрисона Хантера. По-моему, это имя гораздо утонченнее. Тот, у которого почти не осталось волос.