Читаем Клеймо дьявола полностью

Лапидиус сел, отломил кусок и отправил его в рот. Марта снова суетилась у плиты. Он рассматривал ее белоснежный крахмальный чепец. Что происходит в голове под ним? Служанка вела себя странно, и этому могло быть только одно объяснение: она напугана. Так же, как и Фрея, которую хотят возвести на костер. Если Фрея в опасности, то и тот, кто ее укрывает, тоже. То есть он, Лапидиус. Он судорожно проглотил чересчур большой кусок, подавился, откашлялся и попытался собраться с мыслями. Белена. Она перекидывает мостик от Гунды к Фрее. Обеих одурманивали беленой. Из тех же рук? На том же месте? Гунда к тому же была изнасилована, а Фрея не знала, случилось ли с ней это, поскольку на какое-то время ей отказывает память. Но возможно, есть и другие параллели между тем, что произошло с обеими женщинами?

— Марта!

— Да, хозяин?

— Вот ключ. Сходи наверх и проверь слой мази.

— Чё? Пошто? Вчерась мазала.

Лапидиус повторил в более резком тоне:

— Поди наверх и проверь мазь. Особенно на спине.

Марта пробурчала что-то себе под нос и продолжала мешать в горшке.

— Не могу ведь то и дело смотреть за ней, я здесь служанка али хто? Супец готов.

— Марта, довольно! Делай, что говорю!

— Ладна, хозяин, ладна, коли так. — Она наполнила тарелку и поставила ее на стол. — Уже иду.

Лапидиус съел первую ложку супа и тут же обжег язык. Он зачерпнул вторую и подул. Суп имел ароматный дух каротели и острого перца, все, как он любил. Однако сейчас он не мог оценить его по достоинству, в ожидании того, какую весть принесет ему Марта. Наконец, она появилась на лестнице: сначала ноги в деревянных башмаках, потом широкая юбка с передником и только потом вся целиком.

— Ты сделала, что я велел? — весь в напряженном внимании спросил Лапидиус.

— Да, хозяин.

— И что? Тебе не бросилось в глаза что-нибудь необычное на спине?

— Чё, хозяин?

— Да или нет? Не томи меня!

— Не-е, хозяин.

— Никаких ран, никаких синяков, ничего?

— Не-е, хозяин, ничё. Поди токо парочка пролежней.

— Замечательно, Марта. Верни мне ключ.

Лапидиус откинулся на спинку стула. У Гунды на спине были гематомы. У Фреи ничего такого нет. Значило ли это, что над ней не надругались?

— Хорошо, Марта. А теперь занимайся своими делами.

Вместо ответа служанка дико закричала. Оглушительный раскат грома потряс весь дом до основания.

Гроза! Они оба и не заметили, как она наползла на Кирхроде, объяла его тьмой, посылая на землю громы и молнии.

Марта, которая с детства испытывала перед грозой необъяснимый ужас, упала на колени и зажала уши руками:

— О Боже, Боже, хозяин, энто конец! О-Боже-Боже-конец-конец!

Глаза, у которых были голос и руки, смотрели с сознанием силы на женщину, распростертую на полу.

— Ты не боишься грозы. Не боишься грозы! Сегодня не боишься, и завтра, и никогда больше. Ты не боишься грозы.

Лицо прекрасной юной девы приняло умиротворенное выражение.

— Так хорошо. Тебе хорошо… хорошо… ты не боишься грозы. Ты радуешься ей. Гроза — это хорошо, хорошо, хорошо…

Девушка совсем успокоилась.

— Хорошо. Теперь с каждым блеском молнии будешь кричать: «Я радуюсь грому!.. Я радуюсь грому!» Именно так будешь кричать: «Я радуюсь грому!»

Глаза изучали девушку, на лице которой проявилось ожидание. И когда следующий разряд молнии слабо осветил тайное место, она, не колеблясь, закричала: «Я радуюсь грому!»

Во время мощного раската она улыбалась, словно лежала на залитом солнцем лугу, а не на жестком камне.

— Так, хорошо, — похвалили глаза.

Первый сын дьявола был собой доволен. Женщина у его ног была воском в его руках, так, как он любил. И что уже не раз проделывал. С другими женщинами. Всех их он подчинил своей воле, своему господству, чтобы потом взять их. Его помощниками были Второй и Третий сыны дьявола, каждый сам по себе ничтожество, но каждый на свой лад полезен. Их только надо держать на поводке, чтобы следовали его примеру, и это он делал. Ритуалом — и наградой в конце.

Первый сын дьявола хихикнул про себя и начал песнопение из драматично звучащих клятв. Железный горшок дымился на огне. Мутно-зеленое зелье было готово. Он даст женщине необходимую порцию, чтобы усилить действие силы его глаз. Это важно, чтобы не случилось того, что произошло с Фреей Зеклер. Он подумал, что одного его влияния будет достаточно, и дал ей малую дозу — и просчитался. Фрея Зеклер освободилась от его силы и сбежала. Но эта от него не убежит. Сеть для жертвы почти сплетена. И последняя смертельная петля будет закончена еще этой ночью.

Женщина перед ним пила послушно и с готовностью ожидала его приказов. Она их получила. В манере, которую он оттачивал годами: спокойно, ласково, с многократными повторами. Завораживать помогали и руки.