Читаем Клейма ставить негде полностью

Не теряя времени, Лев кинулся к малышу, торопливо подхватив его на руки, чтобы хоть как-то успокоить. Наклонившись над недвижимо лежащей женщиной, он потрогал ее шейную артерию. Пульсации не ощущалось — она была мертва. В этот момент из-за угла с сиренами и миганием «люстр» вылетели несколько полицейских машин. Примчались и две машины «Скорой». Подойдя к коллегам, Гуров пояснил происшедшее. На вопрос о том, чей у него ребенок, он лишь пожал плечами. В этот момент медики «Скорой», осмотрев тело убитой бабушки мальчика, нашли у нее в кармане паспорт. Как оказалось, она проживала в доме, который высился позади кафе. Молодая пара, объявив, что они — соседи умершей по подъезду, изъявили пожелание проводить малыша домой. Но тот, как видно, своим детским инстинктом ощутив в этом большом дяде добрую, защищающую его силу, намертво вцепился в него своими ручонками и к кому-то еще переходить не согласился.

Отказавшись от предложенной ему помощи, Лев отнес мальчика домой сам и, передав его шокированным родителям, вернулся к кафе. По пути он созвонился с Орловым и рассказал ему о происшедшем. Петр горячо одобрил действия Гурова и попросил держать его в курсе дальнейшего развития событий. Закончив разговор с Орловым, Лев вдруг вспомнил сон, рассказанный ему Марией. Вот и не верь в вещие сны!

Вместе с прибывшими операми здешнего округа Лев осмотрел квартиру стрелка. В ней обнаружился довольно-таки внушительный арсенал: несколько охотничьих ружей разных систем, три пистолета «ТТ», «Парабеллум» выпуска сорок первого года, два «нагана» и автомат «ППШ». Ко всему этому оружию имелось немалое количество боеприпасов. Имелась и большая коллекция холодного оружия — шашки, сабли, кинжалы, ножи, драгунские палаши и даже старинный меч.

Как рассказали соседи стрелка (звали его Аркадий Туз), жил он, что называется, на широкую ногу. Туз любил покутить в ресторанах, а напившись, «наводил шороху» — устраивал драки со всеми, кто ему чем-то не понравился. Было несколько случаев нанесения им случайным людям довольно серьезных телесных повреждений, за что он оказывался фигурантом уголовных дел. Однако неким чудесным образом Туз всегда отделывался штрафом и такой «ужасной» мерой «наказания», как вынесение ему общественного порицания (надо думать, отморозков оно «страшит» куда больше, чем пожизненное заключение!).

Для всякого, кто имел несчастье жить рядом с Аркадием Тузом (в том числе и его семье), этот зарвавшийся самодур представлял собой нескончаемую головную боль. Он мог без всякого повода ударить жену, отвесить подзатыльник сыну, влепить оплеуху дочери. Из-за этого жена и дети месяц назад от него ушли. И не просто ушли, а уехали за пределы Москвы, в тульскую деревню, где проживают родители жены.

По всей видимости, жена была единственным сдерживающим началом, принимающим на себя спорадические вспышки ярости хронически озлобленного психопата, поскольку после того, как Туз остался один, он словно сорвался с цепи. Всякого из соседей, кто ему попадался на глаза, он изощренно унижал и оскорблял, провоцировал драки. Единственное живое существо, к которому Аркадий относился с дружелюбием, был принадлежавший ему крупный питбуль по кличке Рокер. Пес своему хозяину был под стать — непредсказуемо агрессивный, он держал в страхе всю округу. Когда Туз выгуливал Рокера, двор моментально пустел. Но уберечься удавалось не всем. Не было месяца, чтобы пес кого-то не покусал. И опять-таки, несмотря на массу заявлений и жалоб соседей, это Тузу тоже невероятным образом сходило с рук. Он был словно заколдованный — все жалобы и заявления по поводу безобразий, творимых и самим Тузом, и Рокером, уходили словно в никуда.

Никакой реакции не последовало и три дня назад, когда Рокер напал на мальчика, который утренней порой шел в школу. Пес, набросившись сзади и сбив ребенка с ног, нанес ему несколько рваных ран и чуть совсем не загрыз, если бы не случайный прохожий. Скорее всего, это был водопроводчик, поскольку мужчина нес в руке большой разводной ключ. Услышав крик мальчика, мужчина кинулся на выручку и нанес псу сильный удар ключом по голове. Тот было кинулся на него, но еще один удар заставил Рокера, отчаянно визжа, закрутиться на месте.