Читаем Клан Кеннеди полностью

Став сенатором от штата Нью-Йорк на выборах 1964 года (авторитет семьи Кеннеди был настолько высок, что для победы на выборах в верхнюю палату пришлось приложить минимальные усилия) и уйдя в связи с этим с министерского поста, Роберт счел, что теперь его руки развязаны. Он чувствовал себя надежно, так как пользовался огромной поддержкой избирателей не только в «имперском штате» (то есть в штате Нью-Йорк), но и на всем северо-востоке страны, особенно в родном Массачусетсе.

События не заставили себя ждать. В апреле 1965 года в Доминиканской Республике произошло свержение автократического режима, поддерживаемого США. Было образовано временное революционное правительство, которое Т. Манн и другие сотрудники Госдепартамента сочли «прокастровским», а события — чреватыми установлением коммунистической власти. По распоряжению президента в Доминиканскую Республику была отправлена американская морская пехота, оказавшая помощь правым силам в устранении временного правительства. В связи с тем, что действия США вызвали волну критики в ряде стран Латинской Америки, Джонсон пошел на хитроумный ход — направил в Доминикану американских представителей для расследования положения дел на месте, причем предложил войти в эту группу уже не раз упоминавшемуся известному историку А. Шлезингеру, ранее соратнику Джона, а теперь помощнику Роберта Кеннеди.

Предполагая отправиться в Доминиканскую Республику, Шлезингер исходил из того, что свержение авторитарного режима в этой стране было результатом коммунистического заговора. Однако, будучи внимательным и тонким наблюдателем, изучив обширную документацию, он пришел к выводу, что события были вызваны чисто внутренними причинами, и отказался от своей миссии, проявив таким образом лишь частичную лояльность по отношению к президенту, пытавшемуся привлечь его на свою сторону.

Проконсультировавшись со Шлезингером, Роберт Кеннеди выступил в сенате с заявлением, что в Доминиканской Республике имело место массовое движение, а не действия группы заговорщиков. Кеннеди подверг острой критике администрацию Джонсона за скоропалительность действий и за то, что интервенция в Доминикану была предпринята без консультации с членами Организации американских государств{1157}.

Вскоре после этого, в ноябре 1965 года, Кеннеди совершил поездку в несколько латиноамериканских стран. Он посетил Перу, Чили, Бразилию, Аргентину, встречался со студентами, рабочими угольных шахт (в одну из них в Чили он спустился и убедился в крайне тяжелых условиях труда и отсутствии должной техники безопасности). По мнению американских журналистов, поездка являлась своего рода разведкой, этапом на пути к решению о вступлении в борьбу за президентский пост на очередных выборах. Не случайно жена Роберта Этел, ездившая вместе с ним, преподнесла мужу остроумный подарок на его сорокалетие, которое было отмечено в семейном кругу в Аргентине. Это была небольшая модель самолета У-2, который, как сообщали семейству друзья, работавшие в секретных ведомствах, Джонсон якобы послал в Латинскую Америку, чтобы наблюдать за поездкой ее супруга. Это конечно же была лишь едкая и вместе с тем грустная шутка, но тот факт, что за действиями Роберта высшие власти теперь следили весьма придирчиво, сомнений не вызывает, ибо подтверждается рассекреченной документацией спецслужб{1158}.[83]

Противоречия между сенатором и президентом углубились в связи с характером развития американской политики на Индокитайском полуострове.

2 и 4 августа 1964 года произошел так называемый «Тонкинский инцидент», когда, по данным американской стороны, два торпедных катера Северного Вьетнама атаковали в Тонкинском заливе военные корабли США. Судя по данным последующих расследований, первая атака действительно произошла в международных водах, скорее всего по недоразумению, второй не было вообще — командир корабля ошибочно оценил сведения, полученные с радара, на котором произошел сбой в условиях шторма, приняв помехи, вызванные плохой погодой, за приближение на большой скорости группы вьетнамских военных судов. Ситуация была неясной, информация продолжала поступать, однако президент Джонсон не поставил под сомнение возможность второго нападения и распорядился нанести авиационные удары по базам северовьетнамских торпедных катеров и нефтехранилищу, чтобы лишить топлива все боевые катера ДРВ. Операция была проведена 5 августа и стала первым налетом американской авиации на Северный Вьетнам, за которым последуют многочисленные новые бомбардировки{1159}.

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Петрович Житнухин , Анатолий Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Марк Исаевич Копшицер , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Аркадий Иванович Кудря , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

10 гениев, изменивших мир
10 гениев, изменивших мир

Эта книга посвящена людям, не только опередившим время, но и сумевшим своими достижениями в науке или общественной мысли оказать влияние на жизнь и мировоззрение целых поколений. Невозможно рассказать обо всех тех, благодаря кому радикально изменился мир (или наше представление о нем), речь пойдет о десяти гениальных ученых и философах, заставивших цивилизацию развиваться по новому, порой неожиданному пути. Их имена – Декарт, Дарвин, Маркс, Ницше, Фрейд, Циолковский, Морган, Склодовская-Кюри, Винер, Ферми. Их объединяли безграничная преданность своему делу, нестандартный взгляд на вещи, огромная трудоспособность. О том, как сложилась жизнь этих удивительных людей, как формировались их идеи, вы узнаете из книги, которую держите в руках, и наверняка согласитесь с утверждением Вольтера: «Почти никогда не делалось ничего великого в мире без участия гениев».

Елена Алексеевна Кочемировская , Александр Владимирович Фомин , Александр Фомин , Елена Кочемировская

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное