Читаем Кладоискатели полностью

Старый Сэм без труда отыскал также и ту нависшую над водою скалу, под которой он укрылся на своем челноке во время грозы. Но проследить путь ночной шайки было, однако, гораздо труднее. В тот страшный час сознание Сэма было настолько поглощено действующими лицами драмы, что он не мог уделить должного внимания окружающей обстановке; к тому же все так по-разному выглядит днем и ночью. Тем не менее, проблуждав несколько времени, они вышли, наконец, на прогалину между деревьями, которая показалась Сэму похожей на место, которое он разыскивал. Там был не очень высокий выступ скалы, поднимавшийся совершенно отвесной стеной, и он решил, что это — тот самый гребень, с которого он когда-то наблюдал за красными колпаками. Вольферт тщательно осмотрел скалу и деревья и обнаружил в конце концов три новых креста, похожих на те, что он видел над железным кольцом; они также были высечены в скале, но только почти совсем заросли мхом. Сердце его заколотилось от радости, ибо он больше не сомневался, что это — условные знаки буканьеров. Теперь оставалось лишь определить самое место, где под землею таится клад, так как в противном случае ему пришлось бы рыть наобум, по соседству с крестами, и возможно, что он так и не добрался бы до клада — а он и так немало времени отдал бесплодной работе и был сыт ею по горло. Здесь, однако, старый негр оказался в затруднительном положении; его мучила противоречивость воспоминаний, в которых все успело перемешаться. То он настаивал, что это было у самого подножия туты, то — что около большого белого камня, то — что это, должно быть, под невысоким зеленым бугром, поблизости от гребня скалы, так что в конце концов и Вольферт пришел в не меньшее замешательство, чем его окончательно растерявшийся проводник.

Вечерние тени ложились уже на леса; очертания скал и деревьев стали сливаться и смешиваться. Было очевидно, что предпринимать какие-нибудь попытки на этот раз поздно; кроме того, Вольферт не захватил с собою никаких инструментов, необходимых, чтобы взяться за поиски. Довольный все же, что ему удалось установить самое место, он постарался запомнить все приметы этого уголка, с тем чтобы найти его в будущем, и пустился в обратный путь, решив безотлагательно приступить к этому сулящему горы золота делу. Главная тревога, поглощавшая до сих пор все его чувства, до некоторой степени улеглась, и теперь, пока они шли этими заколдованными местами, усиленно начала работать его фантазия, населявшая окружающее тысячами образов и химер. Ему казалось, что с каждого дерева свисали пираты в цепях, и он был готов к тому, что вот-вот увидит какого-нибудь испанского дона с горлом, рассеченным от уха до уха, который медленно встает из могилы и потрясает в воздухе мешком с золотом.

Их обратный путь проходил через заброшенный сад; нервы Вольферта напряглись до того, что вспорхнувшая птица, шуршание листа; падающий орех заставляли его испуганно настораживаться. Войдя в сад, они заметили в отдалении какую-то причудливую фигуру, которая, согнувшись под тяжестью ноши, медленно двигалась по одной из дорожек. Они остановились и стали следить за нею. На этом человеке был, как им показалось, шерстяной колпак, и притом, что всего ужаснее, кроваво-красного цвета. Человек, медленно подвигаясь вперед, взобрался на прибрежные скалы и остановился как раз у дверей склепа. Прежде чем войти внутрь, он оглянулся вокруг. Нетрудно представить себе, какой ужас охватил Вольферта, когда он узнал свирепое лицо утонувшего у него на глазах буканьера. Он испустил крик ужаса. Человек-призрак неторопливо поднял свой железный кулак и молча погрозил им.

Вольферт не стал дожидаться дальнейшего и понесся, насколько хватило прыти в ногах, да и Сэм, в котором проснулись все его прежние страхи, тоже не отставал и мчался за ним по пятам. Они продирались сквозь кусты и чащи, шарахаясь в ужасе каждый раз, когда их одежда цеплялась за какую-нибудь колючку или сучок, и перевели дух, лишь миновав эту жуткую рощу и выбравшись на большую дорогу, что вела в город.

Прошло немало дней, прежде чем Вольферт собрался с духом и отважился взяться за дело: до такой степени был он напуган появлением ужасного моряка, будь то живой человек или призрак. Сколько душевных волнений за это время пришлось ему пережить! Он забросил свои дела, бродил с утра до вечера мрачный и беспокойный, потерял аппетит, сбивался с мыслей, заговаривался и совершал тысячи всяких нелепостей. Он окончательно утратил покой, и даже во сне его мучил кошмар в образе огромного мешка с золотом, который давил ему грудь. Он бормотал что-то о несметных деньгах, грезил, будто откапывает клад, расшвыривал постельное белье, уверенный, что выгребает землю из ямы, кидался под кровать в поисках сокровищ и вытаскивал оттуда, как ему мерещилось, кубышку с золотыми монетами.