Он отбил первый поклон.

– Это были вы! – причитал он. – Вы с самого начала.

Господина Лю по-прежнему не подводили его инстинкты.

– Нет, не я, – спокойно ответил я. – Понятия не имею, как бы я все это провернул, даже приди мне в голову такая идея. Это просто возможность, посланная нам судьбой. Но если вспомнить все то, что вы сделали со мной в прошлом, то ваши унижения покажутся слишком малой платой. А если бы эту месть планировал я сам… – Я замолчал, чтобы он хорошо меня понял. – То свои причиндалы вы уже никогда бы не увидели!

Он больше не возражал.

– Еще один коутоу, – сказал я.

Послесловие

Те, кто изучает китайскую историю, знают, что остается открытым вопрос: а что на самом деле происходило при дворе за долгие годы успешного правления Цыси? Ситуацию усугубил, в частности, один человек. Я имею в виду, конечно, Эдмунда Бэкхауса. Его отчеты о дворе и скандальные мемуары написаны весьма красочно и десятилетиями становились основой исторических романов. Но являются ли они вымыслом от начала до конца, плодом его воображения, сплетнями с городских улиц или отчасти достоверны? Никто не знает. Безусловно, он был выдающимся лингвистом и библиофилом. Некоторым его рассказам лично я не верю. Но что было мне делать как автору, который испытывает чувство долга перед историей?

Решение было чисто техническим. Я ввел другого персонажа – евнуха по имени Лаковый Ноготь, от лица которого ведется рассказ в главах, где действие происходит в Запретном городе и Летнем дворце. Это рассказчик, у которого есть особая точка зрения и который мог быть или не быть полностью надежным. Мне было весело с этим самым весьма полезным персонажем, и я надеюсь, что все – как обычные читатели, так и те, кто изучает историю Китая, – сочтут мои усилия не напрасными. А поскольку Эдмунд Бэкхаус действительно присутствовал во время осады дипломатических миссий, я упомянул и его в повествовании, основываясь на том, что он действительно делал, а также на нескольких воображаемых взаимодействиях с моими вымышленными персонажами. А еще я не мог удержаться от того, чтобы дать ему небольшую, полностью вымышленную роль в последней главе моей книги.

В конце концов, подумал я, если он может что-то сочинить, то и я тоже! Остается пара загадок. Как умер император, племянник Цыси? Кажется, в наши дни существует общее мнение, что его, вероятно, отравили дворцовые евнухи. Я позволил моему вымышленному евнуху Лаковому Ногтю присвоить себе эту честь. А что насчет Цыси в последние годы жизни: был ли у нее план? Чего она пыталась добиться? После недавней публикации биографии Цыси, написанной Чжан Юн[83], возникли некоторые разногласия. Вложив историю в уста Лакового Ногтя, я предложил собственную догадку.