Читаем Кинжал убийцы полностью

— Помоги нам поднять его, — потребовала Аллин. — Осторожно. Не опускайте его ногу.

С помощью Гуиналь, державшей голову Налдета, и Аллин, которая заботилась об изувеченной ноге и оставшейся ступне, Темар и Узара внесли мага в кормовую каюту. Несмотря на их безграничную осторожность, от внезапного крена корабля все пошатнулись, из-под стиснутых зубов Налдета вырвался стон.

— На койку.

Темар и Узара положили мага, и Аллин начала снимать полотно, уже промокшее от крови, чтобы осмотреть рану. Потом снова закрыла ее легким слоем чистой ткани.

— Мы должны остановить кровотечение, а это придется делать горячим железом, — сказала она напрямик. — Я не смею использовать магию, так как он — урожденный маг и терпит ужасную боль.

Приторный запах крови быстро заполнял тесную каюту. Чувствуя тошноту, Темар глотнул, но лучше не стало. Рот и горло казались сухими, сосало под ложечкой. В каюте потемнело: это Хэлис заполнила собой дверной проем.

— Я об этом позабочусь, — мрачно заявила она.

— А ты сможешь? — Темар взял испачканные повязки, которые протянула ему Аллин, и растерянно теребил их, не зная, что с ними делать. — Я имею в виду, что пираты ведь не смогли клеймить его.

Аллин погладила лоб Налдета.

— Пойди отыщи что-нибудь, что могло бы притупить боль — тахн, тассин, спирт. Спроси у матросов.

— Позволь мне это сделать. — Узара вышел вслед за Хэлис из каюты.

Темар бы тоже ушел, но Налдет вдруг стал корчиться.

— Держи его! — в тревоге закричала Аллин, и Д'Алсеннен снова прижал плечи мага к койке. Глаза Налдета были закрыты, сжатые зубы оскалены, тяжелое дыхание скрежетало в горле. Пульс во впадинке у основания шеи бился часто и неровно. Темар держал мага, и жар обжигал его руки.

— Яблочное бренди. — Узара появился в дверях, протягивая темную бутылку, зашитую в кожаный чехол.

— Используй спиртное, чтобы очистить рану, — сказала Гуиналь из угла, где она стояла с невидящим взглядом, творя какое-то Высшее Искусство. — Если он его выпьет, это не остановит кровь. — Барышня повернулась к Узаре. — Колдуны пытаются прочесть намерения Мьюрдарча. Теперь, когда мы отступаем, они потеряли к нам интерес. Ты мог бы скорее вернуть нас домой с какой-нибудь маленькой магией, сотворенной прямо вокруг корабля. Но я не смогу тебя охранять, — предупредила Гуиналь, глядя на него огромными глазами, — если буду помогать Налдету выдержать боль прижигания.

— Узара знает кое-какие стихийные защиты против Высшего Искусства. — Аллин не отходила от Налдета, крепко надавливая пальцами на культю, чтобы замедлить кровотечение.

Темар подвинулся ближе к двери и, когда маг выходил, успел глотнуть свежего воздуха.

Гуиналь ласково положила руку на лоб Налдета.

— Сосредоточься на моем прикосновении, на моем голосе. Позволь мне увести тебя от этой боли.

Изувеченный маг вздрогнул, но барышня не убирала своих нежных, неумолимых рук, наклоняясь ближе, чтобы шептать заклинания. Налдет всхлипнул где-то глубоко в горле, и его глаза закатились под дрожащие веки. Постепенно его затрудненное дыхание замедлилось, жесткое напряжение уходило из тела.

По лицу Аллин бежали слезы. Она раздраженно засопела, пытаясь вытереть щеку о плечо. Темар порылся в кармане и, найдя носовой платок, вытер ей лицо. Когда девушка благодарила его, он подумал, какой удивительно милой может быть ее улыбка.

— Осторожно, сзади. — Хэлис держала дверь каюты открытой, и корабельный плотник внес маленькую жаровню, крепко держа ее руками в толстых кожаных перчатках. За ним следовал его ученик, он тащил тяжелую сланцевую плиту.

— Положи ее тут. — Корабельный плотник установил жаровню на плиту.

— Я не знаю, какое железо вам могло бы понадобиться, сударыня, поэтому принес разное. — Парень положил клещи, щипцы, ломик и простую железную болванку в тлеющий уголь.

Аллин надела перчатку, протянутую ей учеником. Когда она взяла с углей железный брусок, его конец засветился белым жаром, до которого эта жаровня никогда бы не смогла его раскалить.

— Подержи ногу, — попросила она Темара.

Закусив губу, Д'Алсеннен встал на колени, чтобы как можно крепче зажать бедро Налдета. Аллин быстро открыла рану, свежая кровь текла из остатков порванной кожи, жеваных мышц и отломленной кости. Темар невольно отвел взгляд.

Он повидал достаточно боевых ранений, но это было страшнее: человек, жестоко покалеченный безмозглым морским животным.

Аллин наклонилась ближе, орудуя толстым бруском с деликатностью изящного пера, порхающего по манускрипту. Налдет застонал, и Темар почувствовал, как бедро мага напряглось под его руками. Находясь так близко к Гуиналь, он всем своим существом ощущал, как барышня сражается с каждым порывом мага избавиться от этой пытки. Вонь горелой плоти атаковала ноздри Темара, щипала глаза, но он не мог отвернуться, чтобы не помешать Аллин и чтобы не встретить взгляд Налдета.

— Почти готово, — пробормотала магиня.

На второе прижигание понадобилась всего минута, но запах был не менее скверным. Чувствуя, что Налдет теряет сознание, Темар не удержался и зажал рукой рот.