Читаем Кинжал Медичи полностью

После этого мы основательно выпили и хорошенько закусили в китайском ресторане. Он обнаружил у меня много полезных талантов — я занимался дельтапланеризмом, скалолазанием, карате, прыжками с парашютом и мотогонками — и порекомендовал руководителю группы каскадеров. С тех пор все и началось. Я нырял, мчался на автомобиле, на роликовых коньках, на лошадях, совершал головокружительные прыжки, падал.

Через какое-то время Арчи подарил мне «зиг-зауэр», пистолет калибра девять миллиметров, научил пользоваться им, помог получить лицензию. Я оказался понятливым, быстро овладевал любым оружием, какое Арчи вкладывал мне в руку, и он меня зауважал. В общем, мы стали друзьями.

Арчи ответил после первого гудка.

— Привет, Арч, — проговорил я не очень решительно, зная, что он уже слышал о моем трюке с дельтапланом и не одобряет.

— Если собрался покончить с собой, — буркнул он вместо приветствия, — так проще взять «зиг», который я тебе подарил, и вышибить мозги. Мало того, что я потерял Дэнни. Теперь еще ты. — Он помолчал. — Чего звонишь?

— Мне нужна твоя помощь.

— Продолжаешь хандрить? Не отпирайся, голос выдает. Из-за Эмили? Приезжай, посидим, поговорим. Думаешь, больше никого не сможешь полюбить?

— Ты же знаешь, что я ее не любил.

— Да, да. Так в чем дело?

— Понимаешь, я собрался в Венецию — не здешнюю, а в Италии, и мне… там понадобится пистолет. — Я произнес эти слова и в ту же секунду пожалел.

Он молчал.

— Ты говорил, у тебя в Венеции есть приятель, сослуживец по Вьетнаму, который продает оружие. На вывоз своего пистолета я просто не успею оформить разрешение.

— И что ты забыл в Венеции? — спросил Арчи. — Давай выкладывай, я слушаю.

— Ну, это связано с Леонардо да Винчи и моими родителями. Долго рассказывать.

— И для этого тебе понадобился пистолет? Чтобы решить дело с Леонардо да Винчи? Но ведь из пистолетов убивают людей.

— Ладно, — сказал я. — Не надо ничего. Забудь об этом.

— Что забыть, черт возьми? Леонардо да Винчи и твоих родителей? Я не понимаю, о чем идет речь.

— У тебя есть сегодняшняя «Таймс»?

— Ну, предположим, есть.

— Ты прочитал?

— Так, просмотрел. «Лейкерсы» проиграли. Боже, да говори же, в чем дело.

— Третья страница. Вверху.

— Погоди.

Я услышал шелест бумаги и негромкое бормотание.

— Все равно ничего не понятно. Тут говорится о каком-то пожаре. При чем здесь ты?

Пришлось рассказать ему все — о Грире, Теччи, Кинжале, записках Леонардо.

Он надолго замолк.

— Так ты помогаешь или нет? — спросил наконец я.

— Конечно. Я поеду с тобой.

— Арч, — смущенно проговорил я, — у меня нет слов, чтобы выразить благодарность, но это должен сделать я один. Вот если бы ты помог с оружием…

— Извини, но с этим ничего не получится, — сказал он.

Я услышал глубокий вдох.

— Тогда пока. Мне нужно идти.

— Погоди…

— Но я опаздываю на самолет.

— Что, тебе обязательно нужно быть там?

― Да.

— И нет другого выхода?

— Другого выхода нет.

* * *

Туман рассеялся. В окна гостиной заглянуло солнце, образовав коридоры, где весело заплясали пылинки.

Я достал из присланного мешка пятьдесят тысяч долларов, завернул в коричневую бумагу и убрал в красный рюкзак, который купил в Бостоне после посещения Музея изящных искусств. Сверху сунул кожаную папку со страницей Леонардо. Остальные деньги положил обратно в старую кожаную сумку.

Потом сказал Джинни до свидания, погрузил вещи в багажник и поехал в Санта-Монику. Там в банке у румяного служащего обменял пять тысяч долларов на лиры и арендовал сейф, куда поставил кожаную сумку.

Вернулся в машину, повернул ключ зажигания. Негромкое урчание двигателя заставило завибрировать позвоночник.

Пора ехать в аэропорт.

* * *

Где-то над Скалистыми горами я решил воспользоваться телефонными услугами авиакомпании. Позвонил старой приятельнице, Лоуис ван Алстин, рыжей длинноногой красавице с зелеными глазами, которая была ходячим справочником «Кто есть кто». У нее была феноменальная память на фамилии и факты, которую она с успехом использовала, занимаясь в Голливуде пиар-бизнесом.

Пару лет назад мы провели с ней довольно приятную ночь и с тех пор сохранили теплые чувства друг к другу.

Лоуис ответила после третьего гудка:

— Бобби, я в метро. Буду на месте через час.

— Лоуис, — сказал я. — Это не Бобби, а Реб.

— О, привет. Том расстроен. — Она имела в виду Тома Слоуна, дублером которого я был. — Говорит, что какие-то полотенца тебе дороже, чем его общество.

— Но это действительно так.

— Надо же. И что тебе нужно? Полагаю, ты звонишь не для того, чтобы назначить свидание.

— Мне нужна информация о Вернере Крелле и Ноло Теччи.

— Крелла я, конечно, знаю. А о Теччи никогда не слышала. Что, Крелл собрался финансировать фильм с тобой в главной роли?

Я промолчал.

— Ладно, подожди чуть-чуть. Я включу карманный компьютер, посмотрю, что там есть в базе данных. А где ты? Судя по шуму, в какой-то аэродинамической трубе?

— В самолете, лечу в Венецию.

— Вместе с Креллом? В его самолете?

— Лоуис, этот звонок стоит сто долларов минута.

— Ага, — сказала она. — Ладно, давай посмотрим… Значит, Теччи. Как он пишется?

— Два Ч, на конце И.