Если считать плотность планеты Миллер близкой к плотности Земли, а высоту орбиты уподобить радиусу горизонта, то масса Гаргантюа составит не менее 200 млн солнечных масс. Цифра кажется колоссальной, и она именно такова, если помнить, что «обычная» черная дыра имеет массу порядка нескольких солнечных. Черная звезда такого типа, называемого «звездным», обычно появляется после взрыва очень массивной звезды. Черная дыра в центре нашей Галактики, имеющая массу 4 млн солнц, — карлик по сравнению с дырой массой в 200 солнц. Но в центре некоторых активных галактик — например, Мессье 87 — обнаружены черные дыры, массы которых значительно превышают миллиард солнц! По сравнению с ними наш Гаргантюа — настоящий середнячок. Остается нерешенная проблема: такие сверхмассивные черные дыры находят пока что только в центре галактик…

Берегись, волна!

Хотя планета Миллер не гибнет от приливных сил Гаргантюа, она должна подвергаться вытягиванию по оси, соединяющей ее с черной дырой (и сжатию по перпендикулярной оси). В отличие от земных океанов, деформируемых лунными и солнечными приливными силами, но приподнимающимися на считаные метры, океанская масса планеты Миллер вздымается на добрый километр! Эта гигантская деформация не может не порождать одиночную волну, именуемую физиками солитоном. Ее впервые описал в 1834 году шотландский инженер Джон Скотт Рассел (1808–1882): он проследил на протяжении нескольких километров одиночную волну в канале, вызванную резким причаливанием судна. Его удивило, что, в отличие от обычных волн, солитоны обладают нетипичными параметрами пространственной локализации, а также постоянной скоростью и сохранением энергии: они перемещаются без рассредоточения в пространстве и без рассеивания во времени. Такие явления с разными причинами, как приливная волна «маскарет», цунами и «волна-предатель» — это солитоны, и «волна» на планете Миллер на них подозрительно похожа. При ее впечатляющих размерах остается удивляться, почему этот прилив не сопровождается катастрофическим оттоком вод там, где плавают исследователи. Заметим также, что раз происходит океанический прилив, значит должен происходить и континентальный: при высоком океаническом приливе происходит деформация земной коры на глубину 30 см. Силы земного прилива деформируют лунную поверхность на несколько метров вглубь, а приливные силы, порождаемые Юпитером, деформируют его спутник Ио метров на сто. Рассеивание энергии от вызванного этим трения приводит к сильной вулканической активности, из-за чего Ио — единственное (кроме Земли) место с действующими вулканами. При бушующих на планете Миллер приливных силах над ее водами должны были бы вздыматься огромные вулканы…

Есть и другие следствия приливных сил. Подобно Луне и Ио, планета Миллер должна вращаться вокруг своей оси примерно в том же ритме, в каком движется по орбите. Иными словами, она всегда должна быть обращена к черной дыре одной и той же стороной. Такая синхронизация обращения и вращения проистекает из явления замедления приливных сил. Когда Луна вращалась быстрее, чем сейчас, вызываемая земным приливом деформация двигалась в ритме этого вращения, приводя к трению внутри грунта спутника, и вызванное этим рассеивание энергии замедляло вращение Луны. Это торможение продолжалось до тех пор, пока не исчезла причина трения, то есть пока Луна не стала вращаться так медленно, чтобы все время оставаться одной стороной к нам. То же самое происходит на Земле, где трение водной массы об океанское дно приводит к торможению ее периода вращения на 2 миллисекунды за столетие. Это же должно происходить на планете Миллер, но с одной оговоркой: если бы ее вращение и обращение были полностью синхронизированы, то океанический вал должен был бы зафиксироваться по отношению к планете, так как обращался бы в ритме обращения планеты вокруг черной дыры, а этот ритм аналогичен вращению планеты вокруг своей оси. Однако, как видят действующие лица, приливная волна вздымается примерно раз в час. Это значит, что обращение и вращение планеты еще не вполне синхронны и что она колеблется вокруг среднего положения с периодом примерно в час, отделяющий один прилив от другого.

Вывод: планета Миллер находится на этой орбите не так давно, ведь с учетом приливных сил Гаргантюа синхронизация вращения и обращения должна быть быстрой.

Разница во времени

Интрига в фильме «Интерстеллар» опирается на странную ситуацию: один час на планете Миллер соответствует семи годам на большом удалении от нее[22]. Это огромное расхождение — одно из следствий общей относительности: часы в поле сильного тяготения отстают от таких же часов в поле более слабого тяготения. Точнее, если синхронизировать двое одинаковых часов, поместить одни в более сильное гравитационное поле, а потом поставить их рядом с другими, то выяснится, что первые отстанут от вторых, причем тем больше, чем сильнее то самое гравитационное поле и чем дольше они в нем находились.