Читаем Киллер навсегда полностью

Казарин обманул Волгина. Следуя советам друзей и адвоката, он покинул город, но воспользовался не самолетом, а поездом. Во-первых, боялся летать. Во-вторых, в его дорожной сумке лежал предмет, ради которого в тот злополучный вечер он возвращался в квартиру. Револьвер «Таурус» бразильского производства, в подарочном исполнении, полученный от одной из поклонниц. С оружием Рома чувствовал себя спокойнее, хотя и понимал, что вряд ли когда-нибудь сможет его применить. Он и драться-то не умел, разве что в толпе, кучей на одного, мог помахать руками.

Ранним утром Казарин сошел на перрон города Старославянска, вдохнул полной грудью воздух свободы и отзвонился знакомой, с которой не виделся несколько лет, с тех еще пор, когда ездил на соревнования по бодибилдингу. Знакомая согласилась его принять, он накупил гостинцев и завалился к ней домой, где, исполнив обязательную программу, безмятежно уснул. Знакомая ушла на работу.

Казарин дрых до обеда. Проснувшись, с аппетитом позавтракал, принял ванну и пообедал. Он чувствовал душевный подъем. Хотелось что-нибудь делать, но, поскольку делать он почти ничего не умел, а то, что умел, пока не требовалось, затеял чистку оружия. Разложил ветошь, выставил пузырьки с ружейным маслом и коробочки со всякими хитрыми приспособлениями, купленными в магазине «Охотник». Занятие придавало уверенности в своих силах. Проблемы остались в прошлом. Подняв разряженный револьвер. Рома несколько раз щелкнул в направлении входной двери.

Сидя в камере, Рома очень переживал, что оружие найдут при обыске. Не нашли, опер лоханулся: тайник был не так уж круто замаскирован. Деньги у Ромы были. Не так много, чтобы купить квартиру, но достаточно для безбедного существования в течение нескольких месяцев. Что ж, он заслужил отдых…

Подруга пришла поздно вечером. На работе что-то случилось, и она была раздражена, но он сумел ее умиротворить. Когда она вышла из ванной, Казарин «сверкнул» пачкой баксов и предложил:

— А не сходить ли нам куда-нибудь оторваться?

— Здесь? — Подруга надула губки. — В этой дыре? У нас только два приличных места, «Сапфир» и «Горизонт». Но там наверняка все уже занято.

— Одевайся, что-нибудь придумаем. Место нашлось в «Сапфире». Не просто столик, а один из лучших, недалеко от эстрады, где вскидывали ноги девицы местного кабаре.

— Ты волшебник! — Подруга наградила Казарина долгим поцелуем. Казарин, считавший цену закуски, закрыл глаза.

Актеру престижного места не нашлось. Его посадили около двери, на сквозняке. Вдобавок официанты регулярно хлопали по его стулу дверью подсобки. На важного клиента он не походил, заказ сделал скромный, и метрдотель, ожидая к полуночи нашествия посетителей, подумывал его выставить, но охранник, ненароком заметивший настоящий взгляд Актера, отсоветовал.

Свой вечер Актер начал с «Горизонта». Там гуляла блатная публика, и он даже не стал разглядывать лица, уверенный, что Ромы среди них быть не может. Заметив плейбоя в зале «Сапфира», Актер улыбнулся: расчет оказался верен. Оставалось ждать. Сколько часов своей жизни он провел в ожидании?

Казарин отрывался по полной программе, предпочитая бесплатные удовольствия. Танцевал, глазел на стриптиз, распускал под столом руки и тонко острил. Подруга была довольна и выразила неодобрение лишь однажды, когда на колени Романа бухнулась стриптизерша. Шампанское лилось рекой; на закуску Рома старался не тратиться.

К Актеру подсели две проститутки. Сперва внимания на него не обращали, рассматривали зал в поисках шикующих мужиков, потом спросили закурить. Он угостил, немного позже поставил выпивку. Светленькая деликатно предложила услуги, брюнетка — услуги и квартиру. Вариант был соблазнителен — Актер, прилетевший в город час назад, вопрос с ночлегом еще не решил. Но Карина… Он отказался.

Казарин, перебравший шампанского, устроил легкий скандал и получил в глаз от братка, гулявшего за соседним столиком. На спине под пиджаком «Таурус» оттягивал брючный ремень, но Рома благоразумно решил не пускать оружие в ход. Ведомый подругой, он расплатился по счету, швырнул чаевые и вышел на улицу.

— Чего это у меня болит? Я что, упал?

Подруга не стала напоминать о драке, запихнула кавалера в такси, назвала адрес. Когда машина отъехала со стоянки, в другое такси сел Актер.

— Милиция, — он помахал удостоверением. — Давай-ка за той машиной.

В маленьком Старославянске милицию уважали, и водитель, не задавая вопросов об оплате, поехал. Маршрут оказался коротким. Актер расплатился по счетчику и тенью скользнул за Романом, влекомым подругой к подъезду.

Наутро Казарин проснулся с трудом. Голова разламывалась на куски, лицо заплыло, в желудке творилось нечто невообразимое.

— Мне плохо, — застонал Казарин, переворачиваясь на другой бок и пытаясь разлепить один глаз.

Возле кровати, скрестив на груди руки, стоял незнакомый мужчина.

— Т-ты к-кто?

— Твоя заблудшая совесть.

Казарин покрылся жарким потом. Весь, от мизинцев на ногах до темени.

Мужчина отбросил одеяло, и Казарин остался лежать перед ним в позе эмбриона, голый, мокрый, жалкий, сотрясаемый дрожью.