Читаем Кидала полностью

— Я не знаю, что вы имеете в виду, но вы мешаете мне смотреть телевизор.

— Матч «Янки» с Детройтом? Впервые в жизни вижу девушку, которая пришла в самое дорогое кафе Вегаса, чтобы посмотреть бейсбольный матч. — Чески посмотрел на МакКуина. — Садитесь, детектив, познакомьтесь: Сандра Эрикссон, секретарь мистера Малкольма. Вы позволите узнать, мисс Эрикссон, почему вы, вместо того чтобы спать в Нью-Йорке и готовиться к завтрашнему рабочему дню, сидите в Вегасе и пьете коктейль?

— Вы меня с кем-то путаете, детектив…

— Откуда вам знать, что я детектив?

— Вы блистали своим значком при входе. — Девушка качнула в руке бокал. — Повторяю: отвяжитесь от меня, пока я не вызвала копов Вегаса, чтобы те выяснили, что здесь нужно копу из Нью-Йорка.

Чески рассмеялся тем искренним добрым смехом, который малознакомые с ним женщины изредка и ошибочно принимали за приятный смех.

— В одном вы, безусловно, правы, мисс, — не переставая улыбаться, проговорил Чески. — Я называю вас чужим именем, и формально все выглядит так, словно я что-то путаю. Однако мне достоверно известно, что вы не Сандра Эрикссон, хотя и имеете паспорт на ее имя, поскольку Сандра Эрикссон в данный момент летит в самолете на баскетбольный матч с Ютой… — Чески качнулся на стуле и сказал навязчиво зависшему над столом официанту: «Пошел вон!» — Вы тоже это знаете, но еще более удивительным для меня является то, с какой ненавязчивой простотой простая американская женщина замечает разницу в значках полиции штатов. Послушайте, вы мне милы на том основании, что мне мил человек, оставивший вас здесь, чтобы вернуться. Мне что-то подсказывает, что негодяй не стал бы спасать женщину, рискуя жизнью, и не принялся бы опекать ее, таская из штата в штат за собой, точно зная, что любая женщина в его деле — обуза. Давайте попробуем проникнуться друг к другу пониманием, мисс?.. Как вас зовут? — искренний ответ на этот вопрос я приму как желание пойти мне навстречу.

Сандра смотрела в лицо человека, которого она сразу приняла за умного и тактичного, и ей вдруг показалось, что именно этого взгляда серых глубоких глаз ей так не хватало все эти годы.

Стараясь отряхнуться от наваждения, она пыталась убедить себя в глупости своих выводов, она укладывала на другую чашу весов толстые, покрытые потом щеки, огромный живот, затасканный пиджак, неряшливую прическу, но все равно выходило так, что первая чаша перетягивала.

— Мистер, было бы лучше, если бы вы направились в офис «Хэммет Старс» и спасли жизнь человеку, о котором только что говорили…

— Что он задумал? — справился МакКуин.

— Видимо, вы недостаточно информированы об этом человеке, поскольку задаете мне такой вопрос, — усмехнулась девушка. — Можно ли спрашивать кого-либо о том, что в следующую минуту может предпринять мистер Мартенсон? Он может затопить Нью-Йорк, начать играть в пул, раздать карты в казино напротив, а может позвонить вам сейчас и сказать, чтобы вы убирались. Все зависит от обстоятельств, но и тут вы вряд ли сможете предположить что-то конкретно. Если же вам нужна правда и вы действительно не хотите причинить ему вреда, то я сообщаю вам: в настоящий момент Эндрю Мартенсон направился в офис, чтобы найти там человека по имени Малкольм. Это мне известно настолько, насколько я располагаю сведениями о рискованном предприятии двух офицеров полиции из Нью-Йорка, находящихся в Вегасе, очевидно, инкогнито. Они работают на грани фола, нарушая юрисдикцию полиции другого штата, и только эта безбашенность позволяет мне сейчас разговаривать. Вряд ли копы хотят убить Мартенсона и вряд ли хотят надеть на него наручники… В ваших глазах, детектив, я вижу искренность. Сейчас все играют не по правилам, начертанным в инструкциях, и это кажется мне забавным.

— Вы слишком рассудительны для секретаря, — подумав, проговорил Чески, — слишком…

— А в ваших глазах слишком много грусти для добросовестного полицейского. Я же говорю — тут все удивляют друг друга, но никого это не шокирует. Русский уголовник повязал всех своими принципами, заразил ими и сбил с пути истинного. — Сандра допила и поставила бокал. — Детектив, вы, верно, размышляете, каким образом пристегнуть меня наручниками к машине, чтобы я не убежала, пока вы ищете Мартенсона? Не знаю, смогу ли вас разубедить, но знаю, что не выйду из этого кафе, пока на моих глазах Мартенсон не выйдет из офиса либо пока его не вынесут в черном мешке коронеры.

— Кто вы, как ваше имя? — строго спросил Чески.

— Сейчас это неважно. Важно, что пока вы тут точите лясы, интересующего вас человека могут убить.

Чески думал долго. МакКуин дважды метал в него острый взгляд, теребя наручники в кармане, но не смел сказать и слова. Когда же Чески встал, МакКуин заметил, как тот кладет на стол свою визитную карточку.

— Что бы ни случилось, мисс, я хочу, чтобы вы позвонили мне по этому телефону.

Дойдя до двери вместе с МакКуином, он попросил его подождать и вернулся к столику. Наклонившись, он тихо добавил:

— И при этом вовсе неважно, чтобы мы говорили о Мартенсоне.