Читаем КИЧЛАГ полностью

Осень желтая настала:Осыпает листья сад,Потянулись птичьи стаи,Закружился листопад.Осень женщины настала, —Звездам вечером сиять.Ты еще прекрасней стала!Ты – красавица опять!Твои письма согревалиВ долгих северных снегах.Быстро годы пролетали,Цвели ромашки на лугах.Долго были мы в разлуке:Лет промчалась череда…Я держу тебя за руки,Будут светлыми года!В этот звездный вечерНа губах сияет глянец,Зажжем с тобою свечи,Приглашу тебя на танец.Помнишь первое свидание?..Начинается все вновь!Нашим детям в назиданьеСохраним свою любовь.

ПРОЛЕТ

Бурмат – подземный леший,В руках горит фонарь.Маршрут, конечно, пеший —В земле искать янтарь.Водит всех по шахте,Любителей хапка.Бурмат всегда на вахте(А то намнут бока!)Берет заранее гроши,Короткий диалог…Он – аферист хороший,Не один примерил срок.Многих шахта накормила,Но иссяк ее родник:Вглубь уходит жила,Забросили рудник.Нашел Бурмат забой:Пророчил всем удачу.Повел копателей с собойРешать янтарь-задачу.Свалить хотел Бурмат —К глазам поднес фонарь.Вдруг услышал мат:«Смотри, какой янтарь!»Копнули пришлые отвал, —Куски посыпались на кон.Бурмат от жадности стонал, —Давно судачили про схрон.

СВИНЦОВЫЕ ТУЧИ

Свинцовые катятся тучи,Молятся матери Богу.Им было бы проще и лучшеНе смотреть на пустую дорогу.Покажите селенье в России,Где никто не прошел лагеря —Под корень семьи косили:Где – по делу, где – просто зря.Тленны грешные люди, —На всех напишут тома…Сухарь лежит на блюде,Тяжела тюрьма и сума.Прочти себе приговор, —Пусть прошибет слеза.Солнце взошло из-за гор,Просветлеют у многих глаза.Кричит постоянно «Распни!»Сумасшедшая гневная площадь…Под ногами валяются пни,Спотыкается даже лошадь.Брошено семя терпения, —Зеленеют всходы уже.Будут у нас воскресенияВ черствой, безбожной душе.Красотой покорять моряПолетели небесные птицы…Забиты в стране лагеря,К ним матерям не пробиться.

КОНФЛИКТ

В споре прострелили руку, —Впадлу обращаться к ментам:Достану гнилую суку! —Разбираться буду сам.Бумагу прислала контора(Менты – огромная сила!):Стрелка задержали скоро,Теперь я – главный терпила.Следаку цинкую по новой:«Не знаю кто стрелял в меня!..»Свидетель появился новый(Он стоял на линии огня).Заяву не пишу лепиле –Впадлу по закону судиться.Уверен в собственной силе,В терпилу не буду рядиться!..Фусман стоит в прихожей(Барсетку набил капустой).Смирный, убитый, пригожий,В глазах – тревожно и пусто.Перетрем быстро с братвой,Что делать с этим козлом.Надолго смешаем с ботвой.(Без суда борюсь со злом)

ОБРАЗА

Перейти на страницу:

Похожие книги

Зеленый дом
Зеленый дом

Теодор Крамер Крупнейший австрийский поэт XX века Теодор Крамер, чье творчество было признано немецкоязычным миром еще в 1920-е гг., стал известен в России лишь в 1970-е. После оккупации Австрии, благодаря помощи высоко ценившего Крамера Томаса Манна, в 1939 г. поэт сумел бежать в Англию, где и прожил до осени 1957 г. При жизни его творчество осталось на 90 % не изданным; по сей день опубликовано немногим более двух тысяч стихотворений; вчетверо больше остаются не опубликованными. Стихи Т.Крамера переведены на десятки языков, в том числе и на русский. В России больше всего сделал для популяризации творчества поэта Евгений Витковский; его переводы в 1993 г. были удостоены премии Австрийского министерства просвещения. Настоящее издание объединяет все переводы Е.Витковского, в том числе неопубликованные.

Теодор Крамер , Марио Варгас Льоса , Теодор Крамер

Поэзия / Поэзия / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Стихи и поэзия
Темные аллеи
Темные аллеи

Цикл рассказов о чувственной любви и о России, утраченной навсегда. Лучшая, по мнению самого Бунина, его книга шокировала современников и стала золотым стандартом русской литературной эротики.Он без сна слежал до того часа, когда темнота избы стала слабо светлеть посередине, между потолком и полом. Повернув голову, он видел зеленовато белеющий за окнами восток и уже различал в сумраке угла над столом большой образ угодника в церковном облачении, его поднятую благословляющую руку и непреклонно грозный взгляд. Он посмотрел на нее: лежит, все так же свернувшись, поджав ноги, все забыла во сне! Милая и жалкая девчонка…О серии«Главные книги русской литературы» – совместная серия издательства «Альпина. Проза» и интернет-проекта «Полка». Произведения, которые в ней выходят, выбраны современными писателями, критиками, литературоведами, преподавателями. Это и попытка определить, как выглядит сегодня русский литературный канон, и новый взгляд на известные произведения: каждую книгу сопровождает предисловие авторов «Полки».ОсобенностиАвтор вступительной статьи – Варвара Бабицкая.

Иван Алексеевич Бунин

Биографии и Мемуары / Поэзия / Классическая проза ХX века / Русская классическая проза
Советские поэты, павшие на Великой Отечественной войне
Советские поэты, павшие на Великой Отечественной войне

Книга представляет собой самое полное из изданных до сих пор собрание стихотворений поэтов, погибших во время Великой Отечественной войны. Она содержит произведения более шестидесяти авторов, при этом многие из них прежде никогда не включались в подобные антологии. Антология объединяет поэтов, погибших в первые дни войны и накануне победы, в ленинградской блокаде и во вражеском застенке. Многие из них не были и не собирались становиться профессиональными поэтами, но и их порой неумелые голоса становятся неотъемлемой частью трагического и яркого хора поколения, почти поголовно уничтоженного войной. В то же время немало участников сборника к началу войны были уже вполне сформировавшимися поэтами и их стихи по праву вошли в золотой фонд советской поэзии 1930-1940-х годов. Перед нами предстает уникальный портрет поколения, спасшего страну и мир. Многие тексты, опубликованные ранее в сборниках и в периодической печати и искаженные по цензурным соображениям, впервые печатаются по достоверным источникам без исправлений и изъятий. Использованы материалы личных архивов. Книга подробно прокомментирована, снабжена биографическими справками о каждом из авторов. Вступительная статья обстоятельно и без идеологической предубежденности анализирует литературные и исторические аспекты поэзии тех, кого объединяет не только смерть в годы войны, но и глубочайшая общность нравственной, жизненной позиции, несмотря на все идейные и биографические различия.

Юрий Инге , Давид Каневский , Алексей Крайский , Иосиф Ливертовский , Михаил Троицкий

Поэзия