Спецслужбы неохотно затевают преследование киберпреступников, особенно когда мошенники находятся в странах со слабым законодательством в сфере киберпреступлений, с которыми у США нет договоренностей об экстрадиции подозреваемых. «Русские предупредят хакеров о том, что мы следим за ними, и предложат изменить имена, так что нам будет труднее их найти», – говорит один из руководителей правоохранительных органов, работавший над расследованием киберпреступлений. В результате банки оказываются в незавидном положении, когда им приходиться рассчитывать только на свои силы в противостоянии с криминалом, амбиции и масштабы активности которого растут изо дня в день. Правоохранительные органы показали свое бессилие в сдерживании преступной деятельности.

Руководители финансовых организаций не поддержали план Александера по установке наблюдательного оборудования в их сетях. Но не смогли остановить его более масштабную кампанию. Вернувшись в Вашингтон, он пролоббировал решение о передаче АНБ полномочий по защите других критических отраслей экономики. Первым в списке был электроэнергетический сектор, следующим шло коммунальное водоснабжение. «Он хотел возвести стену вокруг важнейших организаций Америки… и установить оборудование для наблюдения в их сетях», – говорит бывший чиновник Администрации. Программа Tranche 2 была мертва, а пилотная программа DIB подорвала исключительную репутацию АНБ, но Александер активно продолжал свою работу. И главным образом, при поддержке Администрации президента. Пилотная программа удержалась от полного провала. Некоторые чиновники Администрации, в том числе из Министерства внутренней безопасности, говорили, что программа показала возможность организации передачи информации компаниям через отобранных властями посредников. Оказалось, что для защиты киберпространства они могут работать в союзе, каким бы непростым он не был. И хотя данные АНБ позволили выявить всего две уникальные угрозы, это все же лучше, чем ничего, утверждали эти чиновники.

Министерство внутренней безопасности получало номинальный контроль над расширяющейся DIB и открывало доступ к программе для необоронных компаний, благополучие которых было признано важным для национальной и экономической безопасности США. Правительство выбирает компании, нуждающиеся в особой защите, а информация об угрозах и большая часть технического анализа вредоносного ПО и методов взлома по прежнему остается прерогативой АНБ, работающего совместно с ФБР, деятельность и бюджеты которого были в значительно степени переориентированы с антитеррористической деятельности на кибербезопасность. По состоянию на 2013 г. в АНБ работало больше 1000 математиков – больше чем в любой другой организации США, более 900 кандидатов наук и более 400 компьютерных специалистов. Мозги и мускулы для обеспечения государственной киберобороны продолжали поступать из АНБ, и, возможно, так будет всегда.

Да, произошел бюрократический скандал, но в итоге власти усилили контроль над защитой киберпространства и рассматривают Интернет как стратегическое национальное достояние, как и обещал Обама в своей речи, произнесенной в Белом доме в мае 2009 г. Александер знал, что его агентство не сможет следить за каждой угрозой в Интернете; ему по-прежнему необходима информация от компаний. Поэтому он усиливал свое давление на общество. В своих речах и выступлениях в конгрессе он предупреждал о том, что хакеры совершенствуются, что количество киберпреступлений растет и что компании плохо оснащены для того, чтобы защитить себя. Он требовал усиления государственного регулирования в этой сфере, чтобы заставить компании повысить свои стандарты безопасности и предоставить судебный иммунитет тем из них, кто передает в АНБ для изучения информацию о коммуникациях своих клиентов без судебного предписания. Александер называл киберпреступность и шпионаж «величайшим перераспределением богатства в истории» и предупреждал, что до тех пор, пока американский бизнес не укрепит свою цифровую оборону, государство стоит перед перспективой «кибернетического Перл-Харбора».

«Мы видим возрастающий уровень активности в сетях, – предостерегал Александер на конференции по безопасности, проходившей в 2013 г. в Канаде, через два года после его встречи с руководителями финансовых организаций. – Я обеспокоен тем, что скоро будет преодолен предел, дальше которого частный сектор уже не сможет противостоять угрозе, и на сцену придется выйти государственным службам».

Некоторые компании уловили идею. Но не в том смысле, какой вкладывал Александер. Они прекрасно знали, что атаки хакеров усиливаются. Они видели, как те укореняются в их сетях и каждый день похищают данные. Но они решили, что, несмотря на громкие речи представителей АНБ, государство не сможет никого защитить. Компаниям придется защищаться самим.

11. Корпоративная контратака