Читаем Хуторянин полностью

Зиггер молчал. Превозмогая застилающую глаза муть, он вперился белыми от бешенства глазами в наглого смерда. Покрытую слоем грязи наглую рожу так и не вспомнил, но уверился, что не Григ. Вечно полупьяного громилу-ополченца купец знал как облупленного и его пропитой голос узнал бы сразу. Ненависть мутной волной поднималась откуда-то снизу, с самой глубины души, смывая пелену страха. Онемение начало проходить, руки и ноги рвала и крутила судорога, но вместе с болью к ним постепенно возвращалась чувствительность. Зиггера затрясло от дикого желания вцепиться в горло наглого земляного червя посмевшего раскрыть пасть на всесильного купца.

На первого купца Приграничья. Кровь бросилась в голову, от боли и злости мозги переклинило и Зиггер едва разборчиво зашипел:

— Лихое творишь, смерд… Я купец второго круга Гиль…

Алекс коротко, и резко шлепнул пленника ладонью по челюсти снизу, Зиггер беспомощно клацнул зубами и подавился концом фразы прикусив язык.

— Гретта, присмотри за купчиком. Уж больно говорлив, да непонятлив.

Справа послышались шаги и перед онемевшим на время пленником появился ещё один разбойник. Несмотря, на бившее в глаза светило и мужской костюм, его Зиггер узнал. Сестра Грига. Прелести этой шлюхи он изучил вдоль и поперек. Уверенность Зеггера в благополучном исходе возросла настолько, даже боль попритихла. Он не сомневался, что обуздает старого пьянчугу и загонит его в стойло. Нужно лишь объяснить жадному тупому жлобу на чей обоз он раскрыл пасть. А потому побольше презрения, чтоб сразу же обломать и сбить кураж:

— Позови брата, шлю…

Остальное купец проглотил чуть не подавившись собственной требухой. Гретта не забыла слишком близкого знакомства с собутыльниками брата и сейчас была весьма далека от идеи всепрощения. Окованный железом носок ее короткого щегольского сапожка странной формы жестко врезался в объёмистый живот вминая его чуть не до хребта. Следующий удар перебил бы бедолаге позвоночник, но у Чужака на торгоша были свои планы. По-хозяйски привычно прихватив едва отросшие волосы, он оттащил взбешенную бабу от буквально размазанного по земле тела…

— Тише, малыш, тише… Брось каку… Ну его, — грубо притянув привычно посунувшуюся Гретту Чужак заставил ее повернуться и крепко прижал к груди не давая опуститься на колени. Диссонируя с грубыми уверенными движениями, его слова прозвучали неестественно ласково и женщина разом обмякла, словно распался невидимый стержень. Нервное исступление отпустило. Женщина словно отгородилась от своей и чужой крови пролитой за страшное утро, от страха и ужаса нескончаемой погони. Даже мерзкий человечишка ворочающийся под ногами стал безразличен. Даже к всё ещё сидящей в фургоне на цепи дочери она больше не рвалась. Реальной опасности больше не было, а что на цепи… пусть посидит сейчас-то… глядишь и на пользу пойдёт.

Гретта закрыла глаза, но стоило ей коснуться спиной хозяйской куртки, как дурея от собственной наглости она, не обращая на боль в волосах, вывернулась и быстро просунув руки под мягкую хорошо выделанную кожу, охватила ими мужчину и изо всех сил прижалась к широкой груди, хищно втягивая будоражащую кровь смесь запахов терпкого мужского пота, горьковатой травы, древесной смолы, свежей человеческой крови и чего-то еще… Нетерпеливо дернула головой едва не лишившись изрядного клока волос. И тут же забыв об этом, словно огромная одуревшая кошка закопалась в хозяйскую одежду, втираясь и чуть ли не разрывая мягкую ткань пока не ощутила лицом живую, теплую, упругую мужскую кожу. В низу живота знакомо потянуло сладкой болью желания и женщина зарычала теряя остатки самообладания… Мир мог валить к Богине в задницу прихватив заодно и саму Богиню…

Жесткая ладонь легла на затылок, но Гретта тут же извернулась подставляя под хозяйские пальцы пылающее лицо. Потерлась о них, жадно и бесстыдно напрашиваясь на ласку. Ладонь сместилась ниже, прихватив жёсткими пальцами подбородок и женщина подчеркнуто покорно задрала лицо, несмело и осторожно прикусывая зубами шершавые солоноватые пальцы, лаская их языком. На мгновение споткнулась об удивленно-насмешливый взгляд, но кровь уже билась в голове смывая остатки выдержки и Гретта закрыв глаза принялась медленно сжимать челюсти пока не почувствовала во рту знакомый тяжелый железистый вкус…

— Знакомца встретила? — хозяйский голос прозвучал отрезвляюще серьезно, — хорошая память о-о-очень способствует выживанию.

Алекс запнулся что-то прикидывая, но Гретта уже справилась с животным возбуждением. Не обращая внимания на боль, скорее получая удовольствие от привычных, правильных ощущений, перехватив мужские руки своими, отвела их и потянулась к склонившемуся над ней лицу. Легонько прикусила-поцеловала желанные губы… Потом вывернулась из объятий, выпрямилась и не спеша, очень старательно протерла подошвы сапог о красную окровавленную морду купца второй гильдии высокопочтенного Зиггера.