Читаем Худой мир полностью

Нападающие разграбили торговое судно, вынеся все ценное, но емкости со спящими внутри людьми пропустили. Те вполне неплохо пережили падение, первым от наркоза очнулся глава семейства, то ли настроивший какой-то магический будильник, то ли просто в силу конституции лучше перенесший дозу усыпляющего зелья…Увидев осматривающих обломки людей, китаец вообразил, будто ищут они именно его и его близких. И решил уберечь своих дочерей от насилия, а отца и сына от пыток. В т‍о​м, что​ первое и​​ второе обязательно будет, владелец разграбленног‍о торгового судна даже не сомневался. А потому этот «герой» на свою семью последних четырех патронов не пожалел, ни одного себе не оставив.

– Ооох… – Пока другие осматривали остатки рухнувшего судна, Олег самоотверженно боролся за жизни неожиданно образовавшихся пациентов. Против него играло то, что других целителей в зоне досягаемости не было и большой калибр использованного оружия, чьи пули легко разбили кости и оставляли после себя огромные раны. Впрочем играющие на руку чародею факторы тоже имелись. Все жертвы дружественного огня являлись чародеями, имеющими повышенную по сравнению с простыми людьми живучесть, да заранее введенный им наркоз, похоже, замедливший человеческий метаболизм. Ну и еще свою роль сыграло расположение тела в спасательной бочке, дно которой имело повышенную толщину. Поскольку эвакуируемые персоны там стояли на довольно прочном и высоком основании, то глава семейства хоть и целил в грудь, но попал в живот всем кроме сына. А такая рана хоть и невероятно опасна без квалифицированной медицинской помощи, но к немедленной смерти все же не ведет. А у ребенка выстрел прошел вскользь по костям черепа, едва не содрав скальп. Пара миллиметров ниже и был бы труп. А если бы выше, то Олегу вообще не пришлось бы с ним возиться, поскольку восстанавливать прическу это не к нему, а к парикмахеру. – Да…Таких подвигов я еще не совершал…

– Разве? – Удивился Стефан, играющий при целителе роль медбрата, благо основы первой помощи в подготовку егерей в‍х​одили.​ – Помнит​​ся, во время войны на западном фронте, ну хоть вз‍ять штурм замка Старый Сокол, тебя раненными буквально с головой заваливали. И ничего, судя по отзывам бойцов, спасал ты куда больше, чем оставлял умирать, хотя там тяжелораненым мог считаться чуть ли не каждый второй. Или дело в том, что тебе сложно оказалось оперировать в полевых условиях, без хотя бы походного госпиталя?

– Да причем тут операция? – Отмахнулся Олег, утирая выступивший на лбу пот окровавленными руками, что мигом придало ему вид не то жертвы авиакатастрофы, не то сытно пообедавшего вампира. Впрочем, столь мелкая неприятность не могла притушить в душе целителя заслуженную гордость, как никак он сегодня спас целых три жизни. Ребенку и без его помощи, в общем-то, ничего не угрожало. – Мой подвиг – это подвиг духа! Я таки нашел в себе силы не запихивать этому мудаку его же револьвер в то место, на котором он сидит и которым же думает. Хотя мне и очень хочется.

– Ну, порадуйся тому, что ему и так сегодня не сладко пришлось. – Стефан бросил взгляд в сторону извлеченных из обломков тряпок, на которых сидел нахохлившийся китаец, корчивший яростные гримасы и упорно пытающийся пережевать сделанный из тряпок кляп. В его глазах значительно поубавилось безумия, более того, Олег был готов поклясться, что взгляды бросаемые на оперируемых были полны ужаса от содеянного и искреннего раскаяния. Однако его все равно связали по рукам и ногам и в ближайшем будущем освобождать не собирались. Может после того, как раненные смогут встать на ноги и сумеют вырази‍т​ь всю ​свою благ​​одарность главе семейства за заботу о них. По пре‍дварительным прогнозам целителя, снова стать полностью дееспособными женщины должны были дня через полтора-два. Повезло им, что у него сейчас имелось вполне достаточно сил для того, чтобы можно было их щедро тратить. – Корабль потерял, с родственниками теперь точно рассорится, да еще и заначку его, которую явно на черный день откладывали, дядя Самат обнаружил.

– И много там? – Заинтересовался Олег.

– Аж целых четыре пригоршни пепла с отдельными вкраплениями дорогой бумаги. – Обрушил всего надежды Стефан. – Этот дебил свои сбережения банковскими чеками хранил, чтобы тащить удобнее было. А на зачаровании нужной бочки от огня не то, чтобы совсем уж сэкономил…Но, похоже, нанял такого специалиста, которого после завершения работы и устранить не жалко. Вот на халтуре то и погорел, в прямом и переносном смыслах.