Читаем Хрустальный дракон полностью

Остроконечные бриллиантовые крылья расправились. Огромная голова наклонилась, чтобы лучше разглядеть крошечного человечка.

— Ты искал меня, Кейб Бедлам, и я предоставил тебе аудиенцию. И теперь ты собираешься все это время глазеть на меня?

Он не мог ничего поделать. Куда бы Кейб ни посмотрел, он всюду видел или отражение единственного в своем роде собрата Королей-Драконов, или отражение своего собственного растерянного лица. Оба изображения были искаженными. И ему казалось, будто все они уставились на него в ожидании ответа.

— Извините, ваше величество, надеюсь, вы понимаете, что мне просто трудно справиться с такой массой впечатлений.

— Такой массой?

На морде дракона появилось выражение скуки.

Кейб старался изо всех сил, но так и не смог полностью успокоить себя. Комната его очень пугала. Она служила каким-то вполне определенным целям, и он не мог отделаться от чувства, что Король-Дракон пытается скрыть от него ее предназначение. Все это ослепительное сверкание, вызванное самим повелителем дрейков, имело целью отвлечь его внимание. Волшебник не мог сказать, почему он пришел к такому заключению, просто это ощущение у него появилось, когда он посмотрел на комнату и ее хозяина как на что-то единое.

— Да, — наконец ответил Кейб и, прочистив ставшее внезапно сухим горло, продолжил:

— Вы, должно быть, знаете, мой повелитель, что, хотя меня сюда и привели квели, я все равно пришел бы к вам просить аудиенции.

— Значит, ты здесь по поводу этой черной чумы, покрывшей мое королевство.

Король-Дракон пошевелился. И хотя он изо всех сил старался выглядеть уверенным в себе, его неестественные движения заставляли его человеческого гостя заподозрить, что он просто очень старается казаться невозмутимым. Весь вид повелителя дрейков говорил о том, что внутри него идет борьба. Даже его безразличный тон был слишком безупречен.

Что здесь происходит? Кейб ожидал совсем другого.

— Да, вы должны бы это знать. В первую очередь, меня привел сюда ваш вызов.

— Мой что?

Глаза рептилии расширились. Казалось, теперь страх поглотил все остальные чувства, но Кейб не мог поверить, что это возможно. Что может напугать Хрустального Дракона?

— Ваш… вызов. Видение и сон.

— Видения… сны?

Подняв голову, сверкающий левиафан обратил свой взор на стены. Король-Дракон явно восхищался своими отражениями, но совсем не из тщеславия. Маг внимательно наблюдал за ним. И хотя он провел в присутствии Короля-Дракона всего минуту или две, Кейб всерьез задумался о признаках безумия у повелителя дрейков.

— Вы не посылали их? — спросил Кейб после длительного молчания.

Вместо того, чтобы ответить на его вопрос, Хрустальный Дракон спокойно приказал:

— Расскажи мне о видениях.

Выбирать особенно не приходилось, и взволнованный волшебник описал свое первое видение и то, как он не придал этому особого значения. Затем Кейб описал свой сон и рассказал о том, что Аурим тоже был подвержен такому же воздействию. Сначала монарх-рептилия взглянул на него, но потом его опять отвлекли изображения. Под конец Кейб рассказал о видении, посетившем его, когда он восстанавливал силы на холмах Исиди. Закончив свой рассказ, волшебник стал ждать ответа.

Опять последовало продолжительное молчание, но наконец Хрустальный Дракон взглянул на него. Взгляда этих огромных нечеловеческих глаз было достаточно, чтобы Кейб

Бедлам опять напрягся. В этих глазах здравомыслие было на грани безумия.

Я не выз-з-зывал тебя, волшебник… а может, выз-з-зывал.

— Не понимаю.

Почему складывается так, что он все время говорит это? Расстроенный волшебник задумался, а есть ли хоть кто нибудъ, кто может понять, что происходит в Драконьем царстве. Иногда кажется, что жизнь это не что иное, как игра. Ужасная игра.

Великий дракон расправлял и складывал свои крылья, снова и снова. Когти его передних лап глубоко врезались в пол. Кейб осмотрелся и заметил, что комната потемнела.

— Нет… нет, волшебник, ты не поймешь. И никто другой не поймет. Это моя беда. Меч з-з-занесен над моей головой. Никто не понимает, с чем мне приходится ж-ж-жить, — Его холодный тон только усиливал впечатление, что он постепенно сходит с ума. — Я думал о том, чтобы выз-з-звать тебя, мастер Бедлам. Думал, но не выз-з-зывал. — Он отвернулся от крошечного человека и оглядел комнату от пола до потолка — но для этого места и одной только мысли было вполне достаточно. Хрустальный Дракон зашипел:

— Проч-ч-чь отсюда!

Сначала Кейб Бедлам решил, что его аудиенция подошла к внезапному концу, но потом понял, что это к нему не относится. Зачарованно наблюдал волшебник, как вокруг него начали гаснуть картинки. Кристаллические стены потемнели. Они больше ничего не отражали. Освещение тоже померкло, хотя и не до конца.

— Я иногда думаю, что она обладает с-с-собственным раз-з-зу-мом, — проворчал дракон. Он продолжал смотреть на потухшие теперь стены. — Мне часто кажется, ч-ч-что эта комната управляет мною, а не я ею. — Хрустальный Дракон засмеялся этой шутке над самим собой. — Если это и правда, то уж больно ироничная, как ты думаешь?