Читаем Хрустальное озеро полностью

  Ринар и сам был слишком занят выслеживанием и преследованием их таинственного неприятеля, чтобы обращать внимание на личную жизнь Лана. К тому же еще и Виктория изрядно трепала нервы со своей психопатической ревностью, порой доходящей до абсурда. Она не обращала внимания на других женщин, с которыми время от времени встречался Ринар, но вот Марисса прочно засела у нее в голове. Каким-то внутренним чутьем, которое присутствует у женщин, она понимала, что Мари - единственная угроза ее вроде наладившейся мирной жизни с Реном. Прочно вжившись в роль жены обеспеченного и влиятельного человека, она не собиралась менять устраивавшее ее положение вещей, вцепившись в мужа мертвой хваткой и не желая упускать шанс, так внезапно и невероятным образом предоставленный ей судьбой.

  Марисса... Ринар знал, что она поселилась в своем родном городе в небольшом доме у озера. Он регулярно наводил о ней справки, стараясь не упускать из вида. Руслан, единственный, с кем она общалась из своего старого окружения, да еще, пожалуй, Рита и Лия, говорили, что у нее все отлично. Она живет тихо и спокойно вместе со Светланой, своей подругой. Про нее все забыли. Это было хорошо. Рен больше мог не беспокоиться о ее безопасности, все свое внимание сосредоточив на том, кто не переставал копать под него, пакостя на каждом углу, растаивая его сделки, мешая в делах, устраивая маленькие и большие неприятности. Он был неуловим и назойлив, как муха. И, как Рен подозревал, готовился нанести сокрушающий удар, который нужно было еще предугадать.

  - Держи, - Ринар вложил в руку Мариссы телефон.

  Девушка, сразу перестав всхлипывать, схватила трубку и отскочила в сторону, набирая номер Никольского.

  - Алан, - выдохнула она. - Даник... С ним все хорошо?

  - Марисса, все хорошо. Не беспокойся, я усилил охрану. Ты в порядке? Рен... Он...

  - Да, он ничего... - Мари опять всхлипнула, - ничего мне не сделал. Я хочу домой...Я хочу к сыну...

  - Я скоро приеду за тобой. Я знаю, где вы, - заверил ее Лан. - Потерпи совсем немного. Я поговорю с Реном. Все уладиться.

   Глава 13.

  Рахим проводил Рината и Мариссу в одну из пустующих хижин. Гостеприимные жители поселения сразу натащили какой-то домашней утвари, посуды, еды. Зарина показывала Мари дом, объясняла, где и что лежит. Ее дочери очень обрадовались своей бывшей подруге. Они бегали за ними следом, весело щебеча. Все вели себя так, словно Рен и Марисса собирались остаться тут на вечное повеление.

  Когда народ разошелся, Мари уселась на табурет, стоявший посреди комнаты, и воинственно скрестила на груди руки. Она сердито прожигала Ринара взглядом, всем своим видом показывая свое нежелание обустраивать быт.

  - Так и будешь сидеть? - Рен не выдержал первый.

  - Нет. Сбегу при первой же возможности. Единственный способ удержать меня здесь - посадить на цепь. Я не собираюсь с тобой здесь жить. Не хочу и не буду.

  Ринар надрывно вздохнул, провел рукой по волосам, заметно отросшим за последнее время. Он склонил голову и, какое-то время, задумчиво смотрел в пол. Потом отошел к окну и повернулся к девушке спиной. Наступила напряженная тишина.

  - Не можешь мне Вику простить? - наконец, спросил он.

  - А ты бы простил? Если бы я так с тобой поступила? - едва не взвизгнула Марисса.

  - Нет. И ты не должна.

  Марисса уставилась на него, широко распахнув глаза, приобретшие взволнованный лазурный оттенок: "Вот чего он вообще хочет этим сказать?" Она совершенно себе не представляла, что на это можно ответить.

  - Помнишь, когда я был на киче, я предложил тебе развестись? - пояснил Рен. - Ты не захотела. Я мог бы, конечно, настоять. Но прекрасно осознавал, что за этим последует. Точнее, даже не представлял, что ты еще можешь натворить. Это предугадать сложно. В одном уверен - ты бы не смирилась. Тебе ведь до всего нужно докопаться, перевернуть и сделать по-своему. Так?

  Мари судорожно сглотнула и продолжала хлопать ресницами. Ринар прихватил табуретку у стены и сел напротив девушки.

  - Пришлось сделать так, чтобы ты сама этого захотела. Да, я знал, что ты мне этого не простишь. Ты все воспринимаешь очень остро. В тебе всего слишком много: любви, ненависти, доброты, злости. И все через край.

  Ринар начинал злиться, вспоминая события прошлого. Как будто снова возвращаясь в то время, прихватывая оттуда пережитые страхи, чувства, эмоции.

  - К тому времени ты уже успела разворошить осиное гнездо. Тогда я понял - ты в моем мире просто не выживешь. Я должен был отпустить тебя. Я знал, что тебе очень больно: я видел это по твоим глазам в том момент, когда ты застала меня с Викторией. Но боль можно пережить, перетерпеть любую, даже самую сильную. Я знаю это по себе. А вот смерть - это нечто необратимое.