Читаем Хрустальная пирамида полностью

— Дикка, то, что ты говоришь — всего лишь поэтические мечтания. Эти видения опьянили не одного человека. Но они совершенно беспочвенны. Слишком далеки от реальности. Они никого не убеждают и могут вызвать лишь насмешку, как только что. Потому что это фантазии, абсолютно оторванные от действительности. Никто, кроме нашего народа, не в состоянии построить подобную цивилизацию, города которой наполнены бесчисленными картинами, прекрасными зданиями, берущей за душу музыкой. Посмотри на соседние народы. Они ведут такую же жизнь, как и тысячу, и десять тысяч лет назад. Это просто первобытные люди, в жизни которых незаметно ни малейших признаков прогресса. И через тысячу лет они будут жить точно так же. Ты должен был бы знать это лучше других.

— Почему только наш народ смог создать цивилизацию?

— Потому что бог избрал нас. И сейчас он снизошел в мою плоть.

— Это большое дело. Значит, для тебя содрать кожу с бедной девочки… — голос Дикки превратился в бормотание, — и лишить жизни человека все равно что раздавить скорпиона?

— Что ты цепляешься за эту девчонку? Таких повсюду полно.

— Выдуманная цивилизация, которой ты гордишься, рано или поздно вымрет. Если вы меня убьете, я восстану из мертвых, буду жить вечно и увижу ее конец.

— У тебя есть что еще сказать? Готов тебя выслушать. Выскажи все без остатка. Воззови к этому миру!

— Мне больше нечего сказать! — крикнул Дикка. — Разве что сообщить, что я похороню всех вас до единого, людей с прогнившим нутром, особенно Семетопетес с ее матерью. Я утоплю этих тварей, вырву их сердца, сдеру с них кожу. Берегитесь, если встретитесь мне когда-нибудь на этой земле!

— Дикка, это всё?

— Да.

— Тебя сейчас заточат в зиккурат. И накрепко замуруют камнями и глиной.

— Таково и мое желание. Мне ничего не нужно на этом свете, где правит корысть. Именно в загробном мире спасение души. В покое вечной темноты я лучше познаю вашу кухню.

— Мое терпение подходит к концу. Ты, к сожалению, тоже сын фараона и должен знать, что нужно делать внутри зиккурата. Тебе дадут факелы и кресало. Вот папирус с инструкцией. Если хочешь хоть немного облегчить свое сердце в царстве мертвых, надо хотя бы это делать правильно.

Затем Дикку со все так же связанными руками схватили с двух сторон и принудили спускаться с зиккурата по лестнице спиной вперед, лицом к фараону.

Ближе к поверхности земли в лестнице был сделан вход. От него начинался туннель в глубь зиккурата. У подножия лестницы был виден оркестр и толпа рабов, ждавших начала работы.

Дикка, нисколько не сопротивляясь, гордо вошел в туннель. По сторонам туннеля приготовили ряд больших камней, чтобы замуровать за ним вход.

Оркестр заиграл трогательную и торжественную мелодию. Повинуясь приказу, рабы поднялись по лестнице. Из рук в руки они передавали бревна, которые должны были служить в качестве роликов. Другая группа рабов подняла полозья для перемещения камней.

В глубине туннеля четверо крепких мужчин сняли путы с рук Дикки. Почувствовался сильный запах масла.

После освобождения от пут Дикке передали кожаный мешок с факелами и кресалом и инструкцию от фараона.

— Конец близок. Хотите ли вы что-нибудь сказать? — спросил один из мужчин у Дикки.

Дикка спрятал мешок и папирус под одежду и некоторое время стоял молча, пока ему зажигали факел. Затем он заговорил:

— Вы, наверное, считаете Микул всего лишь песчинкой в песках пустыни, но мне она дороже этого золотого кольца; она — драгоценность, которую ни на что нельзя променять. Когда вы отняли эту маленькую сверкающую жизнь с легкостью, с которой режете баранов, я убедился, что цивилизация идет к концу. Люди когда-нибудь создадут мир, где все жизни будут цениться одинаково. Может быть, вам кажутся совершенно невероятными разговоры о мире, где нет ни фараонов, ни рабов, но когда-то должен кончиться мир, в котором можно без стыда убить драгоценное безвинное существо, как какое-нибудь насекомое. Пока живет искреннее стремление двигаться вперед, и человек, и цивилизация развиваются. Но появление гордыни означает начало упадка. Прощайте. Я ухожу в подземное царство. И, как написано в «Книге мертвых», обрету вечную жизнь и вернусь на землю. И каждый раз буду появляться в момент кончины очередной цивилизации. Каждый раз в такой момент множество людей будет погибать в водах. Смерть цивилизации — это всегда потоп. Мой образ всем будет уроком и предупреждением. Хорошо запомните эти мои последние слова.

Четверо глубоко поклонились Дикке и двинулись к выходу из туннеля.

Во тьме зиккурата все еще была видна фигура приговоренного с факелом в руке.

Вместо мужчин в туннеле появились рабы. Они укладывали в туннеле бревна на равном расстоянии друг от друга и, подбадривая себя криком, вкатывали по ним большие каменные блоки. За ними фигуру Дикки уже было не видно. Он навсегда остался в каменном мраке.

На корабле — 7

Джек Вудбелл шел по коридору первого класса, устланному великолепным ковром. Угол наклона пола понемногу увеличивался.