Читаем Хрупкость тени полностью

Когда они вернулись в амбар тем вечером, Каэл слишком устал, чтобы переживать о том, что видел Деклан. Он сунул в рот пару горстей каши и ушел в загон.

Там было тесно. Когда-то там все-таки были лошади. Сюда вряд ли смогли бы уместиться шесть великанов с комфортом. Но здесь спали десять великанов… и Каэл.

Солома усеивала твердую землю. Солома была набита и в грязную одежду. Изношенные рубахи, обрывки штанов и даже пара перчаток выглядывала из соломы. Пахло затхло, этот запах мог сбить человека с ног. Каэл всегда испытывал потрясение, входя туда.

Но, несмотря на запах, великаны заботились о своих подушках. Они взбивали их каждое утро, убирали в загоне с гордым видом горничных.

Каэл считал странным то, что великаны так заботятся о месте, где живут, когда они жили так жалко. Но потом Бренд крикнул за ужином то, что заставило Каэла задуматься.

— Маги могут звать нас тварями, но они неправы — у тварей все-таки нет кроватей!

И тогда Каэл понял. Он понял, почему гиганты так гордились кроватями: они жили в амбарах, спали в загонах, работали как кони. В них осталось так мало от людей, что они считали, что постель уже делает их такими.

Теперь Каэл прошел в загон и направился к своему месту, стараясь не задеть подушки великанов. Он спал безо всяких подушек, потому что свободной не было. Но он не был против: его клочок земли был в дальней части, где не было так много великанов. Но он не отдал бы свободное место ни за что, даже за подушку.

Почему-то это место не занимали. Он думал, дело было в том, что земля там была немного вогнута, как плоская миска. Великанам это могло мешать, но Каэлу идеально подходило. Он свернулся там, прижался спиной к выступу земли и сцепил ноги друг о друга.

Он скоро уснул, но вот спать было сложно.

Каэлу снилось, что он вернулся на Беспощадные горы. Он бежал по лесным тропам с луком в руке. Он преследовал кого-то, и он был так сосредоточен на добыче, что не смотрел под ноги. Вскоре он споткнулся о камень и откатился в темную нору.

Из почвы спешно выбежали насекомые. Их черные тела были едва заметны в темноте, но он слышал, как они щелкали. Они забирались в его уши, бегали по спине, их лапки щекотали его кожу. И все это время они щелкали.

Каэл резко проснулся. Он потер лицо и лег на спину, пытаясь в отчаянии раздавить жуков под собой. Что-то двигалось в его волосах. Он запустил туда пальцы, и они стали мокрыми.

На него нападали не жуки, а капли воды. Он посмотрел на крышу и застонал от увиденного.

Конечно, великаны там не спали — там протекала крыша! Вдали ворчал гром, то громче, то тише, словно храпел большой зверь. Толстые капли дождя стучали по крыше и затекали в трещину над спальным местом Каэла.

Трещина была длиной с его предплечье, но давление собирающейся воды выгнуло ее. Небольшой ручеек лился с крыши на пол загона. Он быстро наполнял впадину, в которой спал Каэл.

Его спальное место почти утонуло, и ему пришлось придвинуться к Бренду. Между ними оставалась только полоска сухой земли, и там была большая нога одного из великанов, из-за чего оставался только квадратик. И Каэлу пришлось спать сидя.

Он прислонился спиной к стене и успокоил себя мыслью, что хуже уже некуда. Но перед рассветом крыша обвалилась.

Каэл проснулся от грохота и волны грязной воды, что окатила его с головы до пят. Растущего веса воды оказалось слишком много для выгнувшейся крыши: часть балки сгнила и поддалась, и куски дерева полетели туда, где спал Каэл.

— Что такое? — Бренд вскинул голову. Его глаза были приоткрыты, соломинки прилипли к его лицу.

— Крыша обвалилась, — проворчал Каэл, стараясь выжать тунику.

Бренд сонно надулся.

— Так не прыгай на ней, — сонно сказал он. Его голова опустилась, и раздалось тяжело дыхание.

Каэл не спал. Ему было мокро и холодно, шея болела от того, что он долго сидел. Двери загона открылись позднее обычного: солнце уже было над горизонтом, когда Финкс выпустил их.

— Не знаю, как вы, а я словно поспал лишний час! — крикнул Бренд, остальные великаны бодро завопили, зевая.

Деклан замер и посмотрел на небо на западе.

— Будет еще дождь, — сказал он.

И не ошибся. Они успели попить, и новая волна дождя обрушилась на них.

— В клетки, твари! — крикнул Финкс. Он выглядел недовольно под кожаным плащом: тени под глазами, он скалился и кривился.

Финкс загнал их в амбар, и Каэл отметил, что с его хлыста слетают заклятия сильнее обычного.

— Что его так злит?

Бренд пожал плечами.

— О, наверное, что-то не так с замками, — он зло посмотрел на спину Финкса. — Или Черл не смотрел за своим амбаром ночью. Они ненавидят, когда он так делает.

Двери амбара захлопнулись, и Каэлу показалось, что они застряли на день. Их хотя бы не загнали в загоны: двери оставались открытыми, и они могли бродить по всему амбару.

— Почему Черл не сделал это?

Бренд посмотрел на него, словно он задал самый смешной вопрос в мире.

— Потому что он безумен! Он не помнит, что он — лорд Южного амбара, и он не…

— Южного амбара? — сказал Каэл.