Читаем Хрупкость тени полностью

— Во что ты ввязался? — сказала она, осторожно вытягивая руку, которую он пытался спрятать за спиной. Кожа на руке была красной, пострадавшей. Белые волдыри уже выступили на его пальцах.

— Это маг, — сказал Крамфелд, кривясь, когда она перевернула его ладонь. — Я хотел убрать. Он всю зиму запирался в своей комнате… Королевство знает, какой там бардак. Но он проклял дверь! Когда я попытался повернуть ручку, она обожгла меня.

— Тебе нужно к лекарю.

— Но, миледи…

— Нет, сейчас же, Крамфелд. Я серьезно.

— Хорошо, — надулся он. А потом заметил ее броню и открыл рот.

— Нет, сначала — лекарь. Про мой внешний вид поворчишь позже, — сказала Килэй. Она развернула его за плечи и вывела к лестнице.

* * *

Джейк был в комнате в углу западного крыла, куда нужно было подняться по тесной лестнице, дверь была скрыта в нише. Были и другие комнаты в Насесте, но он настоял на этом, потому что думал, что его вряд ли побеспокоят. Кроме Крамфелда, никто туда и не ходил.

Килэй остановилась у двери. Выглядело вполне безобидно: маленькая скругленная дверь, как в кладовую. Но нужно было подходить осторожно. Она не хотела пострадать как Крамфелд. Ее броня защищала от лезвий и стрел, но ничего не делала с магией.

Вместо стука она повысила голос:

— Джейк? — она пыталась скрыть недовольство, но слово вырвалось рычанием. Она склонилась к двери так близко, как осмелилась, и, казалось, услышала шелест бумаг на другой стороне. — Джейк, открой немедленно.

— Нет!

Ответ был удивительно наглым, его голос подрагивал.

— Открой дверь, или я выбью ее.

— Плевать!

Было очевидно, что Джейк чем-то расстроен, и она догадывалась, из-за чего.

— Никто тебя не винит в случившемся с Геральдом, — сказала она, стараясь держать голос ровным. — Ты же не хотел, чтобы стена пропала.

— Но так получилось, и это моя вина.

Бедняга. Он всегда хотел добра, но его чары редко работали так, как он планировал.

Инцидент с Геральдом произошел две недели назад, когда Крамфелд решил добавить уборку в список дел стражи. Они не были этому рады и днями напролет громко жаловались. И Джейк решил попробовать облегчить им работу.

Он сплел заклинание, которое должно было работать как щетка с мылом, а потом попробовал на особенно грязной части Насеста: крыло, казалось, было сожжено нападающими и отстроено несколько раз. Стены были в черных полосах сажи, Крамфелд заявил, что это неприемлемо.

Заклинание Джейка стерло сажу с первой стены, и все шло прекрасно… вот только стена выглядела нормально, чисто, а, когда Геральд решил прислониться к ней, он вывалился сквозь нее во двор внизу.

К счастью, торговец только прибыл в замок, пытался убедить Крамфелда купить разные меха. Геральд пробил крышу своего вагончика, испугал лошадей, но ушел всего со сломанной рукой и отвращением магии.

Могло быть и хуже.

— Геральда починят, — сказала Килэй. — И я купила ему все, что нужно, чтобы залатать дыру в крыше его повозки. Так что вреда не…

— Не было? — взвыл Джейк за дверью. — Я сломал руку невинному человеку! Он никогда меня не простит.

— О, прошу, он рассказывает об этом при любом шансе. Две ночи назад я видела его в таверне, он заигрывал с женщинами из пустыни, рассказывал, как пережил залп боевого мага.

С другой стороны последовала долгая пауза.

— Все было не так, — пробормотал Джейк.

Килэй пожала плечами.

— Ты сломал ему руку, а он рассказывает историю, как ему нравится. Так ты меня впустишь?

Было слышно ворчание, падали книги, а потом дверь открылась.

Джейк был худым. Он был в мятой синей мантии и круглых очках, которые всегда съезжали к кончику длинного носа. А сегодня, казалось, он был в ужасном настроении: поджимал губы.

— Я — неудачник.

— Вот уж нет, — сказала Килэй, проскользнув мимо него.

— Нет, это так. Я маг, который не может нормально колдовать. Настоящий неудачник.

Она думала, что сказать, пока шла к чистому углу в комнате.

В крохотной комнате Джейка втиснулись кровать, несколько полок с книгами, покосившийся стол. Было бы неплохо, если бы он держал это место в чистоте. Но вместо этого всюду были книги: на столе, под столом, на подоконнике, на подушках и полу.

Книги были открыты, лежали на корешках, как стая упавших с небес птиц. Некоторые страницы были в пятнах, и они были заполнены плотно странным заковыристым языком. Глаза Килэй заболели от одного только взгляда на буквы.

Идти среди беспорядка было непросто. И хотя выглядело это хаотично, книги лежали кругами. Круги пересекались, как звенья цепи, соединялись сетью по комнате. Это выглядело бы странно, если бы Килэй не знала, что это: маг учился.

Давным-давно она узнала, что маги упорядочивали свои мысли в книгах. Каждое кольцо было соединено с определенным учением, полагалось на предыдущее кольцо, чтобы мысль стала законченной. Процесс был сложным. Если Килэй собьет хоть одну книгу, Джейку придется месяц работать.

И она знала, что нет ничего опаснее, чем мешать магу учиться.

— Уже близок к решению великой тайны жизни? — сказала она, перешагивая круги. Она легко приземлилась, стараясь не сбить порядок книг.