Читаем Хроники Придайна полностью

— Я, кажется, понимаю, — сказал он, — Их сила по мере приближения к Аннувину возрастает, возвращается к ним. И чем ближе, тем они сильнее. А мы, наоборот, с каждым шагом теряем свои силы, становимся слабее. Прежде чем мы еще раз сумеем задержать их хотя бы на день или час, силы окончательно оставят нас. Вскоре, — добавил он с горечью, — мы обессилеем настолько, что Детям Котла и не потребуется нападать на нас.

Он умолчал о другом, что беспокоило его не меньше и уже всем им было ясно. С каждым днем Дети Котла поворачивали все больше на юг, устремляясь от непроходимых ущелий в холмах Бран-Галедд к просторам Багровых Земель. Если им удастся вновь выйти на открытое пространство, то все усилия, все жертвы будут напрасны. И все же это убеждало Тарена, что враг боится их, готов сделать крюк, отойти на любое расстояние, лишь бы только отделаться от преследователей.

В эту ночь снег валил крупными хлопьями, и люди Коммотов, измотанные дорогой, ослепленные кружащимся липким снегом, остановились на ночлег, уже не заботясь об укрытии и забыв осторожность. Перед рассветом Дети Котла напали на их лагерь.

Поначалу Тарен решил, что на их сторожевую заставу случайно наткнулся лишь небольшой передовой отряд немых воинов. Но когда в крике и звоне мечей, среди мечущихся испуганных лошадей схлестнулись и перемешались волны нападающих и защищающихся, Тарен с ужаснувшей его ясностью понял, что накатилась на них вся вражеская колонна. Он пришпорил Мелин ласа и врезался в самую гущу боя. Ффлевддур с Глю, накрепко вцепившимся в его пояс, верхом на Ллиан уже скакал на помощь. Гигантская кошка в несколько прыжков вынесла его к плотным рядам отчаянно сражавшихся воинов Коммотов. Среди суеты боя и в мельтешении своих и чужих Тарен потерял из виду Эйлонви и Гурджи. Натиск Детей Котла увеличивался, они, словно безжалостный громадный меч, рассекали ряды всадников Коммотов и кровавыми ручейками просачивались в зияющие коридоры.

Весь день бушевала неравная битва. Тщетно люди Коммотов пытались собрать воедино оставшиеся силы. К закату дорога Детей Котла была усеяна ранеными и убитыми. Одним смертельным ударом войско Детей Котла отбросило своих преследователей, освободилось от них и теперь беспрепятственно могло продвигаться вперед.

Эйлонви и Гурджи пропали.

Испуганные, отчаявшиеся Тарен и Ффлевддур кружили среди остатков своего разбитого и рассеянного войска, пытаясь отыскать их. Во тьме мерцали зажженные факелы, обозначающие место сбора разметанных по полю бойцов. Шатаясь, поддерживая раненых, вглядываясь в лица поверженных товарищей, медленно сходились люди Коммотов. Тарен не прекращал поиски, яростно дул в боевой рог и выкрикивал имена потерянных спутников. Вдвоем с Ффлевддуром он несколько раз объехал поле боя, надеясь отыскать хоть какие-нибудь их следы. Все напрасно. К тому же сильный снегопад, который начался к утру, совершенно скрыл все следы кровавой битвы.

К началу дня все выжившие и уцелевшие собрались вместе. Кровавый ночной бой с Детьми Котла дорого обошелся отряду Тарена. Каждый третий воин пал под мечами бессмертных врагов. Пропала почти половина лошадей, одни из которых были убиты, другие разбежались. Примчалась Ллуагор. Вид пустого седла разрывал сердце Tарена. Эйлонви не было ни среди живых, ни среди павших.

Безысходное отчаяние охватило Тарена. Он готов Пыл искать и искать. Среди холмов, в горах, в ущельях, на всем просторе Багровых Земель. Но Ффлевддур с мрачным и озабоченным лицом подъехал к Тарену и крепко взял его за руку.

— Один ты все равно не сможешь отыскать их, — предупредил бард. — А терять время или отряжать поисковый отряд, ослабляя и так обескровленное войско, ты не имеешь права. Если мы хотим все же остановить этих немых убийц до того, как они выйдут в простор багровых Земель, нам надо спешить и двигаться как можно быстрее. Наши друзья из Коммотов готовы снопа подняться и идти.

— Ты и Ллассар поведете их, — ответил Тарен. — Когда я найду Эйлонви и Гурджи, то присоединюсь к вам. Иди быстрее. Мы скоро встретимся.

Бард не двигался.

— Если это твой приказ, что ж, пусть будет так. Но, как я слышал, Тарен Странник созвал людей Коммотов под свое знамя. И они откликнулись на призыв ради Тарена Странника. Они пойдут туда, куда поведешь их ты. Ни для кого другого они столько не сделают.

— Что же, — вскричал Тарен, — ты хочешь, чтобы я оставил в беде Эйлонви и Гурджи?

— Понимаю, это трудный выбор, — сказал Ффлевддур. — Но никто не может облегчить тебе его.

Тарен не возражал. Слова Ффлевддура причинили ему боль, потому что были верными. Хевидд и Ллассар ничего не просили, лишь беспрекословно вручили ему свою жизнь. Ллонио остался лежать в Каер Датил. Не было ни одного воина Коммотов, который не потерял бы родича или друга. Если он покинет их, чтобы пуститься на поиски Эйлонви, сможет ли она сама одобрить его выбор? Всадники ожидали его приказа. Ме-линлас нетерпеливо рыл копытом землю.