Читаем Хроники Брэдбери полностью

Рэй без конца дорабатывал структуру сборника, отбрасывая вещи, в которых разочаровался, и заменяя их новыми, лучше отражавшими нынешний уровень мастерства. Эта бесконечная доработка нервировала Августа Дерлета, который, впрочем, позволил новому автору – хоть и не без упреков – неоднократно переделывать рукопись вплоть до крайнего срока.

«Темный карнавал» стал не только революцией в мире американских готических ужасов, но и книгой, оказавшей решающее влияние на будущие классические произведения самого Брэдбери. Например, рассказ «Ночь» (The Night), основанный на детских воспоминаниях Рэя об Иллинойсе, в будущем вдохновит его на целую серию текстов о Среднем Западе и в конце концов станет частью «Вина из одуванчиков». А «Возвращение» – первая из серии историй о жутковатой семейке – послужит основой для романа в рассказах «Из праха восставшие», написанного в 2001 году. Параллельно с «Темным карнавалом» Рэй начал сочинять рассказ «Чертово колесо» (The Black Ferris), который к 1962 году превратится в роман «Надвигается беда». Словом, в первом сборнике Рэй, незаметно для себя самого, посеял семена своего литературного будущего.

Начать сборник он решил с рассказа «Возвращение», который редакторы Weird Tales в свое время забраковали, посчитав слишком жизнерадостным, причудливым и нетрадиционным. К тому времени отношения Брэдбери с бульварными журналами почти исчерпали себя, и, несмотря на отказ Weird Tales, он не сомневался, что «Возвращение» – хорошая вещь. Текст о подкидыше, воспитанном семейством вампиров, заключал в себе метафору, выходящую далеко за рамки фантастического жанра. Это была история обо всех детях, чувствующих себя чужими, – совершенно человеческая, пусть и в темном фэнтезийном антураже. «Возвращение» берет истоки в собственном детстве Рэя – чувствительного мальчика с богатым воображением, которому порой приходилось так нелегко в Уокигане 1920-х. Повинуясь инстинкту, он отправил «Возвращение» в Mademoiselle – модный женский журнал, который часто публиковал сильные и оригинальные фантастические рассказы. Поскольку в Mademoiselle опубликовали «Мальчика-невидимку», Рэй надеялся, что и у «Возвращения» есть шанс, хотя очаровательная история об эксцентричной семейке монстров совершенно не вписывалась в повестку журнала. Он выслал рукопись по адресу Нью-Йорк, Восточная 42-я улица, где письмо сразу же отправилось в гору другой подобной корреспонденции, пока однажды его не откопал один из работников редакции – молодой нью-йоркский писатель, который и сам недавно добился некоторых успехов на страницах Mademoiselle и Harper’s Bazaar. Это был Трумен Капоте.

Капоте понравилось «Возвращение», и он показал рукопись художественному редактору журнала Джорджу Дэвису и его ассистентке Рите Смит. Вещь была, мягко говоря, странная, однако Дэвис имел репутацию нарушителя традиций. Вместе со Смит они несколько недель ломали голову над тем, что делать с этой хэллоуинской историей о семействе вампиров, и поначалу хотели даже предложить автору переделать ее под формат журнала, но быстро поняли, что от этого рассказ утратит всякое очарование. Тогда им пришла в голову смелая идея: переделать формат журнала под рассказ. Это был беспрецедентный шаг.

«Они построили вокруг «Возвращения» весь октябрьский номер и попросили Кей Бойл[24] и других авторов написать эссе на схожую тему, чтобы дополнить номер, – вспоминал Рэй. – Они наняли талантливого Чарльза Аддамса, оригинального иллюстратора The New Yorker, который тогда как раз начинал рисовать свою странную и чудесную «Семейку Аддамс». Он сделал замечательный разворот с моим октябрьским домом и членами семейства, парящими в воздухе и скачущими по земле».

Августа Дерлета порадовала публикация рассказа в Mademoiselle. Он гордился молодым автором и понимал, что каждый опубликованный текст подкрепляет будущий успех «Темного карнавала». «Возвращение» должно было стать первым в сборнике, и то, что впервые этот рассказ появился в уважаемом нью-йоркском журнале, однозначно шло ему на пользу. Еще до выхода «Темного карнавала» Рэй Брэдбери шагнул гораздо дальше своего издателя и вошел в нью-йоркский литературный мир.