Читаем Хроника полностью

Соловей томится пленником в клетке, а вороны разгуливают по лужайке,Симург скитается на чужбине, а коршун живет на родине,Газель ютится в развалинах, а собаки живут в удобном помещении,Пришельцы живут в доме друга, а я слоняюсь неприкаянным.

Эмиры воздали хвалу.

Однако 'Абд ал-Латиф-хан — царевич красивой наружности, изящного телосложения, сладкоречивый и любезный. Он, подобно соколу, схватил птицу людского расположения. Люди как низкого, так и благородного происхождения читали стих, подходящий к случаю. Вот он:

Говорили [мне]: “По своим качествам ты — второй Иосиф Прекрасный”.Когда ты хорошо поймешь, что во мне плохого, воистину доброе оценишь.

Хан сделал [своим] аталыком мирзу Мухаммад-Йусуф-бека. Ходжа Латиф остался, как прежде, везиром. Управлять Кашгаром он назначил мирзу Гази барласа, должность кошбеги он пожаловал мирзе 'Абд ал-Гаффару, а управление Сарикола — мирзе Курбану чурасу. Должность мираба Тумена{213} он утвердил за эмиром Хусрау байрином, мирзу 'Абд ас-Саттара Акбарака он назначил ишикага, а Тахира мирахура — на должность мутаввали{214}. Государство упрочилось, и его (хана) стараниями оно сделалось предметом зависти горнего рая.

В то время когда Шахи убили [Шуджа' ад-Дина Ахмад-] хана, мирза Абу Гур Сагричи бежал из Хотана и ушел в Турфан и Джалиш. [Теперь] 'Абд ал-Латиф-хан утвердился на ханском престоле, и мирза Абу Гур явился на поклон к хану. Хан принял его с большим почетом и вновь отправил управлять Хотаном. Наветчики злоумыслили и возбудили разлад между мирзой Мухаммад-Йусуфом и мирзой Абу Гуром. [Дело в том, что] первоначально управление Кашгаром и должность аталыка 'Абд ал-Латиф-хана принадлежали мирзе Абу Гуру. Посему мирза Мухаммад-Йусуф страшился мирзы Абу Гура и спокойно не мог выпить глотка воды. Чтобы схватить мирзу Абу Гура, он отправил в спешном порядке эмиров. Во главе отряженного отряда он послал мирзу 'Абд ас-Саттара урдабиги, мирзу 'Али-Шира, мирзу Хабиба чураса, мирзу 'Абд ар-Рахмана дуглата и Тахира мирахура. Названные эмиры отправились и привели мирзу Абу Гура. А мирза Абу Гур был из числа могущественных эмиров, поэтому [его] отправили в изгнание в Тибет. Он прибыл в местность Санчжу{215}, там заболел и возвратился обратно. Мирза Мухаммад-Йусуф, подослав человека, его убил. Мирзу 'Абд ас-Саттара послали эмиром в Хотан. Скончался мирза Манак чурас, что был хакимом Аксу{216}. Его сыновья — мирза Мухаммад-Риза и мирза Салим, прибыв ко двору, явились на поклон к хану. Хан назначил кошбеги мирзу Мухаммад-Ризу.

Когда хан воссел на престол, ему было четырнадцать лет от роду{217}. После того как был убит мирза Абу Гур, бразды правления оказались в руках мирзы Мухаммад-Йусуфа, среди эмиров же он стал верховным. Гордыня и спесь овладели его душой, и он изгнал в Балх таких [своих] близких друзей, как Урус-ходжа, Науруз-Мухаммад Куке, Хади-Салим кира-кйараг и ходжа Салим бакавул. /65а/ Хан и его мать Ханым-падшах были обеспокоены этими действиями бека. Ханым была сестрой Турсун-хана катакина{218} и была умнейшей женщиной [своего] времени. Она посоветовалась с [придворными] эмирами — те также были в обиде. Она послала [сказать] эмирам Кашгара, что мирза Мухаммад-Йусуф превысил свою власть. Кашгарские эмиры тоже были недовольны беком. Поэтому из Кашгара в Йарканд прибыло около пятисот человек, во главе которых стояли мирза Худайар Калучи, мирза 'Али-Шир и Фулад-ходжа. В деревне Армудлук они схватили мирзу Мухаммад-Йусуфа и доставили в ханский дворец. Мирзу Хусрау также схватили и заключили в темницу, а мирза Курбан чурас с челядью и близкими бежал в сторону Аксу. Едва это известие дошло до слуха мирзы 'Али-Шира, он тут же доложил хану и ханым. Так порешили: “Если мы, простив мирзу Мухаммад-Йусуфа, не сделаем его, как было прежде, правителем [Йарканда] и аталыком, то эта смута не уляжется”. Они тотчас же освободили мирзу Мухаммад-Йусуфа из темницы, потребовали к себе и принесли извинения. Хан подошел, прижался к груди бека и утешил [его]. За мирзой Курбан-беком послали мирзу 'Абд ар-Рахмана дуглата и мирзу Худайара, которые вернули чурасских эмиров. Вину с [Мухаммад-Йусуф-]бека переложили на мирзу Хусрау-бека и выслали [его] в Балх. Мирза Хусрау приходился дядей по отцу мирзе Мухаммад-Йусуфу. Тахира мирахура же, который выступал против этой смуты, убили. Эмир Хусрау байрин, уехавший с целью совершить хадж, умер в Багдаде. Хаджжи 'Али предал земле его тело на кладбище Баки'{219}. Однако Аллах лучше ведает, в чем истина.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Логика птиц
Логика птиц

Шейх Фарид ад-Дии Аттар Нишапури — духовный наставник и блистательный поэт, живший в XII в. Данное издание представляет собой никогда не публиковавшийся на русском языке перевод знаменитой поэмы Аттара «Логика птиц», название которой может быть переведено и как «Язык птиц».Поэма является одной из жемчужин персидской литературы.Сюжет её связан с историей о путешествии птиц, пожелавших отыскать своего Господина, легендарного Симурга, — эта аллегория отсылает к историям о реальных духовных странствиях людей, объединившихся во имя совместного поиска Истины, ибо примеры подобных объединений в истории духовных подъемов человечества встречаются повсеместно.Есть у Аттара великие предшественники и в литературе народов, воспринявших ислам, —в их числе достаточно назвать Абу Али ибн Сину и Абу Хамида аль-Газали, оставивших свои описания путешествий к Симургу. Несмотря на это, «Логика птиц» оказалась среди классических произведений, являющих собой образец сбалансированного изложения многих принципов и нюансов духовного пути. Критики отмечали, что Аттару в иносказательной, аллегорической форме удалось не только выразить очень многое, но и создать тонкий аромат недосказанности и тайн, для обозначения которых в обычном языке нет адекватных понятий и слов. Это сочетание, поддержанное авторитетом и опытом самого шейха Аттара, позволяло поэме на протяжении веков сохранять свою актуальность для множества людей, сделавшихдуховную практику стержнем своего существования. И в наше время этот старинный текст волнует тех, кто неравнодушен к собственной судьбе. «Логика птиц» погружает вдумчивого читателя в удивительный мир Аттара, поэта и мистика, и помогает ищущим в создании необходимых внутренних ориентиров.Издание представляет интерес для культурологов, историков религий, философов и для всех читателей, интересующихся историей духовной культуры.

Фарид ад-Дин Аттар , Фаридаддин Аттар

Поэзия / Древневосточная литература / Стихи и поэзия / Древние книги