«Думаю, что у меня ни в чем нет недостатка против остальных апостолов; хотя я и „невежда в красноречии“, но не в познании» (11, 6).

«Лжеапостолы, лукавые деятели, всегда принимают вид апостолов Христовых, и не удивительно: сам сатана принимает вид ангела света… Они евреи? И я! Они израильтяне? И я! Они Христовы служители? Я больше!» (11, 22).

«Три раза меня били палками, раз камнями, три раза я терпел кораблекрушения, ночь и день пробыл в глубине моря (11, 25). В Дамаске областной правитель царя Ареты хотел схватить меня, но я в корзине был спущен из окна по стене и избежал его рук» (11, 32).

«Я знаю человека, христианина, который назад тому 14 лет, поднят был до третьего неба, бог знает, в теле или вне тела, — знаю человека, который был поднят в рай — бог знает, в теле или вне тела, — и он слышал там неизреченные слова, каких нельзя пересказать» (12, 4).

«Но чтоб я не превозносился чрезвычайностью моих откровений, дано мне жало в плоть и приставлен ко мне ангел сатаны. Трижды молил я господа, чтобы он взял его от меня, но бог сказал мне: довольно с тебя моей благодати» (12, 9).

«Я дошел до безумия, хвалясь, но вы меня принудили к этому. Нам бы надлежало хвалить меня, ибо у меня нет ни в чем недостатка против остальных апостолов. Признаки апостола оказались в моем терпении, знамениях, чудесах и силах» (12, 11).

«Для того я и пишу это в отсутствии вашем, чтобы в присутствии не употребить строгости во власти, данной мне господином» (13, 10).

«А впрочем, братцы, радуйтесь, усовершайтесь, утешайтесь!.. И бог любви и мира да будет с вами. Приветствуют вас все святые!» (13, 12).

Похоже ли это хвастовство на первые века нашей эры, когда христианство было действительно гонимо?

Можно ли допустить, что это было еще до Евангелий, хотя «о проповеди Евангелий» здесь говорится дважды?

Конечно, ни в каком случае! Это не древность, а конец средневековья. Это уже клерикализм!

Послание к галатам.

Прежде всего, кто были галаты?

Это греческое название кельтов или галлов вообще.

Почему же теологи помещают их в Малую Азию? Я считаю это за недоразумение.

«Возвещаю вам, братцы, — говорит им автор, — что Евангелие, которое я благовествовал вам, не есть человеческое. Я принял его не от человека, но через откровение самого Иисуса Христа» (1, 12).