Читаем Христос — Победитель ада полностью

Спаситель мой, живая и незакалаемая жертва, Ты, как Бог, Сам Себя добровольно приведя к Отцу, воскресил вместе с Собою родоначальника всех Адама, воскреснув от гроба.

Аще и во гроб снизшел еси Безсмертне, но адову разрушил еси силу, и воскресл еси яко победитель Христе Боже…  [767]

Хотя Ты, Бессмертный, и сошел в могилу, но разрушил силу ада и воскрес как победитель, Христос Бог.

Смерти празднуем умерщвление, адово разрушение, иного жития вечнаго начало…  [768]

Мы празднуем умерщвление смерти, разрушение ада, начало иной, вечной жизни.

Христос воскресе, смерть поправый, и мертвыя воздвигнувый, людие веселитеся [769].

Христос воскрес, поправ смерть и воскресив мертвых: люди, веселитесь!

Христос Новая Пасха, Жертва живая, Агнец Божий, вземляй грех мира [770].

Христос — новая Пасха, Жертва живая, Агнец Божий, берущий на Себя грех мира.

Днесь всяка тварь веселится и радуется, яко Христос воскресе, и ад пленися [771].

Сегодня все творение веселится и радуется, ибо Христос воскрес — и ад пленен.

Днесь Владыка плени ада, воздвигнувый юзники, яже от века имяше люте одержимыя [772].

Сегодня Владыка творения пленил ад, воскресив узников, которых он от века держал в жестоком заключении.

Воскресение Христово, таким образом, переживается как событие космического масштаба, имеющее отношение не только ко всем людям, но и ко всему тварному бытию. По учению апостола Павла, воспринятому восточно–христианской традицией, тварь «покорилась суете не добровольно», но в результате грехопадения человека: вместе с человеком она «стенает и мучится доныне», но ожидает освобождения «от рабства тлению в свободу детей Божиих» [773]. Толкуя эти слова апостола, св. Иоанн Златоуст говорит: «Что значит»тварь покорилась суете»? Что она стала тленной. Ради кого и из‑за чего? Из‑за тебя, человека. Ибо, поскольку ты получил тело тленное и страстное, земля подпала проклятию… Но она… освободится от рабства тлению, то есть, уже не будет тленной, но последует благообразию твоего тела» [774]. Иными словами, тварь станет нетленной тогда, когда нетленным станет человек. А надежда человека на нетление зиждется на Христе, Который умер и был погребен, но не подвергся истлению, открыв путь к нетлению всему человеческому роду, а следовательно — и всей твари. Таким образом, искупление человека, совершенное Христом, имеет прямое отношение к судьбе тварного мира.

Не только материальный мир («видимый»), но и мир духов («невидимый») призывается автором Пасхального канона к ликованию. С момента отпадения диавола и демонов от Бога мир невидимый оказался разделенным на область присутствия Божия и область власти диавола — пусть неполной, относительной, ограниченной, но все же вполне реальной власти над душами людей. В ветхозаветной традиции ад воспринимался как место отсутствия Бога: «шеол» — «земля забвения», «место тления», где обитают мертвые, о которых Бог не помнит, от Которых Он скрывает Свое Лицо, где не возвещается милость Его и истина Его [775], где о Нем вообще не вспоминают [776]. После сошествия Христа во ад в судьбе ада наступает перелом: Христос наполнил его Своим присутствием — спасительным для уверовавших в Него и гибельным для всех, кто воспротивился Ему, прежде всего для диавола и демонов. Отныне ад — уже не место забвения и богооставленности, но место, где Бог так же присутствует Своей любовью, как и в раю. Впрочем, любовь Божия, являющаяся источником радости и ликования для достигших Царства Небесного, для жителей преисподней становится источником непрестанного мучения. В VII веке это понимание ада (геенны) будет с особой силой выражено преп. Исааком Сириным: «Неуместна никому такая мысль, будто грешники в геенне лишаются любви Божией… Но любовь силой своей действует двояко: она мучает грешников… души же горних сынов любовь опьяняет своими утешениями» [777].

О судьбе тех, кто в аду встретился лицом к лицу с Христом, говорится в синаксарии, который положено читать после 6–й песни Пасхального канона. Автором синаксария является Никифор Каллист (XIV в.):