Пламеневы недовольно переглянулись, Олег даже схватился за меч, но отец качнул головой. Они видели, как Думов опускает полог тишины, как Дарина с Никитой о чём-то спорят, кричат и доказывают друг другу. Думов уверенно стоит на своём, крепко держит Дарину за плечи. А она в бешенстве, активно жестикулирует и машет руками. Её не беспокоят взгляды повстанцев, Совета, Марины. Она готова на всё чтобы его образумить, но Думов не привык отступать. И Дарина понимая это шагает от него в стороны, складывает руки на груди в защитном жесте и качает головой. Думов отводит взгляд — он зол, но пытается этого не показать, хотя всё и так понятно по тому, как заходили его желваки. Думов произносит что-то напоследок, от чего взгляд Дарины резко меняется — становится яснее, чуть спокойнее и даже счастливее, но она не успевает ничего ответить — Думов снимает полог тишины.
— Что это значит? — спросил Олег.
— Он загнал её в угол. — Пламенев понял, чем Думов решил сбить с толку Дарину. Той последней фразой он наверняка признался ей в любви. Теперь от её слов зависит будет ли Сердце принадлежать Земле.
Дарина выглядела напуганной лишь мгновение, потом рассудок ей вернулся, и она тяжело вздохнув вынула из ножен саи.
— Господа Советники, прошу вас, зачитайте условия поединка. — ответил Думов и стал переплетать свою косичку, чтобы волосы не лезли ему в лицо. — Хранительница… Сердце должно быть здесь во время поединка.
Дарина недовольно поморщилась, но Думов был прав — Сердце должно находится рядом, чтобы засвидетельствовать победителя. Она вынула артефакт из пространственного кармана и вручала в руки Лизе Стоун.
Женщина посмотрела на решительной выражение на лице Дарины и усмехнувшись кивнула сама себе: Сердце и так никогда не принадлежало Земле по-настоящему, и принялась зачитывать правила. Дарина с Барсом их очень хорошо знали, поэтому слушали вполуха.
— Дарина, ещё не поздно остановится. — Александр оказался рядом с Дариной очень быстро. — Если ты проиграешь, то навсегда здесь застрянешь.
— Помнишь ты учила нас не вступать в заведомо проигрышный бой? — спросила Дарина, потуже затянув держатели для оружия.
— И почему ты так уверена, что не проиграешь? — спросил мужчина, поправляя её воротник.
— Потому что не просила бы тебя притащить Пятерых Тайных, включая тебя, чтобы опозорится у них на глазах. — отвечала Дарина и обняла отца за шею. Могло показаться, что она расчувствовалась, но нет, ей нужно было шепнуть отцу пару слов, после чего он слегка нахмурился, но виду не подал.
— Покажи им, кто тебя учил. — усмехнулся Александр.
— Покажу. — пообещала девушка, кивнула Олегу на прощание и шагнула в центр круга, по кромке которого стояли повстанцы и Советники.
Лиза Стоун громко и выразительно зачитывала правила поединка. Дарина не слышала этого, в голове гудело от страха. Музыканты в углу переглянулись и заиграли какую-то воинственную мелодию, поднимающую боевой дух. Сердце забилось ещё быстрее. А артефакт в шкатулке как-то странно мигнул и погас. Дарина впилась взглядом в Думова.
— Поединок будет считаться оконченным лишь после того, как Сердце изберёт своего Старшего Хранителя. Старшим Хранителем является сильнейший из Хранителей, победитель поединка, отважнейший. Тот чьи помыслы чисты, а душа светла, тот кто достоин силы Сердца. — зачитала Лиза Стоун.
Шкатулка загорелась ярким светом. Вокруг Дарины и Никиты вспыхнул огненный круг, их вдвоём накрыло куполом, сотканным из чистой воздушной стихии. Сердце признаёт право Хранителей на бой. Все лишние звуки и запахи отсекло. Стояла полная тишина и умиротворение. Ничто не должно было отвлекать Хранителей, ничто не должно было помешать поединку.
Дарина выставила саи в боевой готовности. Она глубоко дышала, погружаясь в транс огненного танца. Думов ждал, когда она настроится — давал фору, хотя если бы напал прямо сейчас, помешав ей принять боевую форму, то она была бы вынуждена лишь защищаться.