Читаем Хранитель Врат полностью

Семен Картузов, получивший погоняло Карузо за свою неожиданную любовь к опере, подъехал к генеральному офису компании «Агростройинвестпоставка» ровно в четырнадцать ноль-ноль. Мятежную душу бывшего вора, а ныне уважаемого, или, как он любил говорить, респектабельного, бизнесмена и личного помощника самого Бориса Аркадьевича Баринова терзали смутные сомнения. Тщательно продуманная, хотя довольно незамысловатая операция по приобщению старшего сына шефа к основам семейного бизнеса дала осечку. Какую именно, Карузо не знал, но остро чувствовал приближение грандиозного шухера. Он его всегда чувствовал. Вот и сейчас сидел как на иголках. Уже два дня, как нет связи ни с кем из «участников забега», они как будто забыли о своих телефонах. Ни Бригадир, ни Санек, ни Шнырь, ни даже Спец на вызовы не отвечали. Но если с Бригадиром все более или менее понятно, исходя из графика, он и его команда должна находиться в том мире, где сотовая связь не нужна, то что случилось с группой Спеца? С Саньком? Со Шнырем, в конце концов. У них у каждого есть спутниковая связь. Загадка. Загадок шеф не любил. Провинившихся карал жестоко, поэтому Карузо спешил разделить ответственность с шефом и отделаться «малой кровью», время было самым подходящим.

Два дня назад к шефу приехали смежники из Москвы. Встреча заклятых друзей протекала в непринужденной атмосфере и вскоре переросла в обычную попойку, которая закончилась только вчера вечером по причине полной и безоговорочной победы зеленого змия над отвыкшим от таких нагрузок организмом Барина. Недавно шеф очнулся, выполз из дома и заперся у себя в кабинете. Симптом обнадеживал, ибо свидетельствовал о фрагментарном характере памяти и тенденции к самоедству. Проще говоря, шеф помнит далеко не все, подозревает, что он в пьяном угаре мог наломать дров, и винит себя за это. Данное обстоятельство необходимо было использовать, причем немедленно, пока барометр настроения босса не упал до отметки «буря». Поэтому Карузо торопился. Он резко выпрыгнул из машины, одернул пиджак, провел по жирным волосам руками, превращая модную стрижку в прическу на холуйский манер с пробором посредине, нацепил на физиономию глуповатую улыбку, чуть постоял, привыкая к новой маске, и решительно зашагал в сторону офиса.

В приемной он на секунду замешкался и тут же был остановлен окриком секретаря.

– Стой, к нему нельзя! Он занят, у него прием! – грозно выкрикнула Татьяна Петровна и начала приподниматься, стараясь перекрыть своей массивной фигурой подход к начальственному кабинету. Карузо понимал, что если ей удастся завершить маневр, то проскочить этого кабинетного цербера не будет никакой возможности. Уговорить ее пропустить просто нереально. С таким же успехом можно склонять к сожительству монумент Клары Цеткин, стоящий в фойе фабрики «Красный партизан». Оставался только один проверенный временем и надежный, как облигации Сберегательного банка, выход. Семен ускорил шаги и, использовав свое преимущество в маневренности, проскочил в двери. Порванный пополам пиджак «от Гуччи» был вполне терпимой потерей.

Секретарь оказалась права. Незапланированный визит помощника действительно совпал по времени с приемом. Борис Аркадьевич принимал «Алказельцер». Он стоял у окна и грустно смотрел на медленно растворяющуюся в стакане спасительную таблетку. Глубокая мысль о том, что таблетку надо было бросить в пиво и тем самым увеличить вероятность реанимирования (одно из двух средств должно сработать), пришла слишком поздно. Он обреченно вздохнул и сделал первый большой глоток.

– Борис Аркадьевич, разрешите доложить.

В дверь юркнул его помощник в половине пиджака. Сзади раздавались тяжелые удары о дверь. Через несколько секунд вторая дверь открылась, и оттуда показалась коротко остриженная голова секретаря.

– Борис Аркадьевич, – на высокой ноте взвизгнула она, дико вращая глазами. – Он сам. Я не успела…

– Хорошо, хорошо, – обреченно произнес шеф, зажмурив веки. У него сильно болела печень, и высокий женский голос, казалось, бил прямо в нее. – Все в порядке. Идите, работайте. Но больше никого.

Татьяна Петровна поперхнулась, поправила прическу и, измерив Семена недружелюбным взглядом, вышла.

– Что случилось, Семен? Только быстро, я не в форме.

– Вас понял, – негромко, как бы оберегая слуховой аппарат начальника от перегрузок, заговорил Семен. – Я вам вчера докладывал, что прервалась связь с Саньком и с группой Спеца, – соврал он. – Вы сказали не паниковать и доложить сегодня. Так вот, докладываю. Связь восстановить не удалось, аппараты Санька, Спеца и Шныря не отвечают. Я поставил ребят следить за дорогой, на случай если вдруг сбежать захотят, но в горы по вашему указанию пока никого не отправлял.