Читаем Хранитель Врат полностью

Бесцельное блуждание среди глыбового завала, казалось, длилось целую вечность. Иногда удавалось находить выходы из этого гигантского лабиринта и разломы в земной коре, ведущие вниз. Их чаще всего игнорировали и упорно пробирались вперед. Изредка встречались разломы, ведущие под небольшим углом вверх. Два таких Паук забраковал, сказав, что там небезопасно. Потом Крот обнаружил узкий лаз, который должен, по его мнению, вести наружу. Ему даже почудилось легкое движение воздуха. И хотя ветра больше никто не почувствовал, заявление Крота вселило надежду. Карабканье по огромным ступеням длинной каньонообразной галереи пошло со значительно бо́льшим энтузиазмом. Постепенно ход начал уменьшаться, пришлось ползти по маленьким острым камешкам, протискиваться через малюсенькие трещины. А когда они выбрались в небольшой гротик, он оказался тупиком. Осмотрелись внимательней. Да, это тупик. Полный, глухой и очевидный. В середине покоился камень, удивительно напоминающий гроб. На нем стояла гильза, а в ней была полуистлевшая от времени бумажка. При попытке ее извлечь она рассыпалась на отдельные фрагменты. Часть текста оказалась утраченной из-за потерявшей структуру бумаги, часть из-за выцветших чернил, но что-то прочитать было можно. Из этого письма следовало, что написано оно было красноармейцем Мироновым: он и еще несколько его товарищей оказались в этой пещере, сколько их было, зачем и как сюда попали, осталось невыясненным. Предположительно бежали от какого-то «мертвого всадника». Дальше шел довольно неплохо сохранившийся блок о неизбежной победе дела Ленина и верности идеалам коммунизма. Потом разрыв и дальше личная часть: люблю, больно, знайте, что не зря…

Неизвестно, почему это странное послание у всех вызвало чувство грусти и апатии. С рассыпающихся от времени страниц пахнуло богоборческим духом революционной эпохи. Эпохи великих свершений, больших дел, подлости и обмана, героизма, нравственных терзаний, самопожертвования и бескрайнего цинизма и жестокости, времени многочисленных побед и личных трагедий. Эпохи, в которой люди бросили вызов богам и сами взялись крутить жернова Судьбы, перемалывая в них миллионы человеческих судеб и бросая на алтарь Великой Идеи миллионы жизней, включая свои и своих близких.

– Как ты думаешь, – спросил Бригадира Крот, – они ушли?

– Скелетов нет. Значит, ушли. По крайней мере, отсюда.

– А этот «мертвый всадник», что по пещерам скачет, что это за зверь? Ты слышал о таком?

– Да, слышал похожую историю из местных страшилок. Только не здесь, а на Урале. Мол, в двадцатые годы в этих местах орудовала банда. Атаманом был казак какой-то, фамилии, естественно, никто не помнит. Так вот, красные банду окружили и начали планомерно истреблять. Командиром у красных был брат того самого атамана. Там у них какой-то конфликт был – то ли из-за жены, то ли из-за родителей, – версии были разные, но, в общем, очень братья друг друга не любили. Поклялись убить друг дружку. Так вот брат, который красный, стал засылать казачков с предложением сдаться. Мол, отдадите брата – и валите на все четыре стороны. Предложение было заманчивым, и в банде созрел бунт. Атаман, видя, что дело его табак, собрал вокруг себя верных казаков и пошел в прорыв. Полегли почти все, но часть прорвалась. Красные не успокоились и загнали казачков в горы, ну а там пат. Красные на штурм идти не хотят. Потери будут большие. Казачки уйти не могут. В мешке. Цугцванг. Тогда атаман предложил поединок. Если он побеждает, то его казаки уходят, и их не преследуют. Если проиграет, то все сдаются. Красный согласился, был бой. Атаман зарубил брата, сам был смертельно ранен, но остался в седле. Истекая кровью, он стал выводить своих людей. Но красные обманули. Они убили всех оставшихся казаков, а атамана бросили умирать в этих скалах. Умирающий атаман проклял всех и заключил сделку с дьяволом, с тех пор в этих горах появился отряд «мертвого всадника», который нападал и убивал всех проходящих мимо. Ничего не брал, не грабил. Только убивал всех. Для борьбы с бандой прислали полк красноармейцев. Но не смогли поймать, а потеряли много. Тогда приехала специальная команда от самого товарища Дзержинского. Отряд небольшой, но примечательный. Все еще не старые, но уже седые, как девяностолетние деды. С ними отряд ЧК, который в основном оцеплением занимался. Нападения после этого прекратились, но еще долгие годы туда никто не ходил.

– Понятно, – задумчиво протянул Крот. – Только непонятно, как этот всадник без головы тут скакал, как сюда попал и, главное, как вылез.

– Ну, с всадником-то все понятно, – задумчиво произнес Макс. – Он персонаж мифический, к тому же мертвый, он с проходами не заморачивается. А вот что с красноармейцами случилось? Выжили ли? Вышли ли? Дождалась ли семья этого борца за идеи коммунизма?

– Это как раз неинтересно, – решительно заявил Крот. – Интересно, не просто нашли ли выход, а где нашли.

– А тебе их не жалко?