Читаем Хранитель смерти полностью

— Сама захотела, чтобы у нее вырезали мозг и внутренние органы? — удивилась Джейн. — Нет уж, извините.

— Известны случаи, когда люди и вправду завещали свои тела именно для этих целей.

— Ой, я и об этом смотрел передачу, — подтвердил Фрост. — Тоже по «Дискавери». Один археолог там какого-то типа мумифицировал.

Джейн бросила взгляд на забинтованный труп. И представила, как ее саму слой за слоем упаковывают в удушающие тканевые полоски. Засовывают в льняную смирительную рубашку на тысячу-другую лет, а потом какой-нибудь любопытный археолог, однажды решив снять с нее ткань, обнажит усохшие останки. Не прах, а затвердевшую кожу. Джейн нервно сглотнула:

— И с чего вдруг человек станет принимать такое решение?

— Это ведь одна из форм бессмертия, разве не так? — ответил Робинсон. — Некая альтернатива гниению. Останки сохраняются. И тем, кто вас любит, не придется отдавать ваше тело в жертву разложению.

«Тем, кто вас любит». Джейн подняла взгляд:

— Так вы считаете, это может быть проявлением любви?

— В каком-то смысле да, если вы хотите держать при себе тело близкого человека. Спасти его от червей. От гниения.

А ведь именно это и ожидает любую плоть, пронеслось в голове у Джейн, и ей показалось, что температура в комнате резко снизилась.

— Может быть, любовь здесь ни при чем. Возможно, это какой-нибудь собственник потрудился.

Ее предположение явно встревожило Робинсона — Джейн почувствовала это, когда их взгляды встретились.

— О таком варианте я не подумал, — тихо признался он.

— Док, — обратилась Джейн к Мауре, — давай продолжим вскрытие. Чтобы начать работу, нам нужна более подробная информация.

Подойдя к негатоскопу, Маура убрала рентгеновские снимки голени и вывесила пленки с КТ-сканами.

— Давайте снова перевернем ее на спину.

С помощью скальпеля Маура рассекла льняные бинты, скрывавшие туловище, и на этот раз уже не осторожничала. Теперь стало ясно: тело, которое она будет резать, вовсе не старинный труп; нужно исследовать причину смерти, а в этом помогут лишь плоть и кости, но никак не льняная обмотка. Распоротая ткань обнажила усохшую коричневую кожу туловища, на которой выделялись дугообразные контуры ребер — этакий костяной свод, обтянутый пергаментом. Подойдя к изголовью стола, Маура сняла расписную картонную маску и начала ножницами разрезать скрывавшие лицо бинты.

Джейн бросила взгляд на КТ-пленки, вывешенные на негатоскопе, а затем, сдвинув брови, посмотрела на оголенное туловище.

— Органы удалили во время мумификации, так ведь?

Робинсон кивнул:

— Иссечение внутренностей замедляет процесс гниения. Это одна из причин, почему тела не разлагаются.

— Но ведь у нее на животе всего лишь одна маленькая ранка. — Джейн указала на небольшой надрез с левой стороны, зашитый неуклюжими стежками. — Как из такого отверстия можно все это вынуть?

— Именно так египтяне удаляли внутренности. Через небольшой надрез на левом боку. Тот, кто бальзамировал это тело, был знаком с древними методами мумификации. И явно следовал им.

— А что это за древние методы? Как именно делается мумия? — поинтересовалась Джейн.

Доктор Робинсон перевел взгляд на свою коллегу.

— Джозефина знает об этом больше меня. Может быть, она объяснит?!

— Доктор Пульчилло? — обратилась к ней Джейн.

Похоже, молодая женщина все еще не отошла от потрясения — обнаруженная пуля не давала ей покоя. Она откашлялась и выпрямилась.

— Большая часть дошедших до нас сведений оставлены Геродотом, — начала она. — Думаю, его можно назвать древнегреческим писателем-путешественником. Две с половиной тысячи лет назад он странствовал по миру и записывал все, о чем узнавал. Проблема в том, что он, как известно, искажал детали. А может быть, его облапошивали местные проводники. — Доктор Пульчилло вымученно улыбнулась. — Но из-за этого мы начинаем относиться к нему, как к обычному человеку, правда? Он напоминает нынешних туристов, приезжающих в Египет. Возможно, его тоже осаждали торговцы безделушками. Дурачили коварные проводники. Очередной простак за границей.[6]

— И что он написал об изготовлении мумий?

— Ему сказали, что все начинается с ритуального омовения трупа раствором натрона.

— Натрона?

— В сущности, это смесь солей. Ее можно сделать самостоятельно, соединив старую добрую поваренную соль и пищевую соду.

— Пищевую соду? — Джейн нервно усмехнулась. — Теперь я стану по-другому смотреть на эти оранжевые коробочки.

— Омытое тело выкладывали на деревянные бруски, — продолжала Пульчилло. — Для того чтобы сделать небольшой разрез, вроде того, что вы видите здесь, использовался острый, как бритва, нож из эфиопского камня — возможно, это был обсидиан. Затем неким крюкообразным инструментом через отверстие вытаскивали внутренние органы. Освобожденную полость ополаскивали и заполняли сухим натроном. Им также посыпали все тело, чтобы за сорок дней вся влага испарилась. Примерно так сушат рыбу. — Археолог умолкла, наблюдая, как ножницы Мауры рассекают последнюю покрывавшую лицо обмотку.

— А потом? — не унималась Джейн.

Пульчилло с трудом сглотнула.