Тогда короли людей решили держать при себе осколки, но это привело к войнам. Ведь душа Дирэса была там, и она внушала в разум людей только корысть и гнев. Камни передавались по наследству, из-за чего войны довольно сильно затянулись на поколения, но мудрые светлые эльфы решили это остановить. Элларион – великий правитель светлых эльфов, держал при себе сразу два осколка, а его жена Линнила предложила созвать семь королей людей и четыре вождя гномов. Однако Элларион позвал еще и двух своих собратьев, ночных эльфов, чья кожа стала фиолетового оттенка после нескольких сотен лет жизни в лесу. На этом совете королями было принято решение спрятать камни, поскольку уничтожить их не удавалось. Гномы закопали их глубоко в земле, люди – спрятали в горах, ночные эльфы в корнях деревьев, а светлые, будучи любителями магии, наложили на камни заклятия и спрятали в воде.

И казалось, все кончено и все может быть забыто… но один из человеческих королей не смог расстаться с камнем. Ему казалось, что его обманывают, что однажды, правители достанут осколки и получат возможность безграничной власти… он обезумел и решил отдать камень своему сыну, дабы его род стал великим. Но после смерти отца, Иранло, как звали нового правителя, решил просто избавиться от камня. Он продал осколок одному купцу из другого королевства за несколько золотых, глупец. Больше никто не знал, где находится камень. Шестнадцатый осколок был утерян… Но не все Хранители узнали об этом.

1. Старые знакомые, новые друзья

Утром приятное зимнее солнце залило всю округу своим золотистым победоносным светом. В прозрачном холодном воздухе разливались дивные лесные ароматы. Вода в ручье, недалеко от дома дяди Гердера, покрылась ледяной коркой, а в маленьких бочонках и вовсе замерзла за ночь. Сварив себе немного овсянки на завтрак и сделав яичницу Арвиону, своему племяннику, Гердер надел коричневое пальто, небольшую шляпу-цилиндр черного цвета и вышел на улицу, раскуривая свою любимую трубку, которую он носил с собой, кажется, постоянно.

– Доброе утро, мистер Норкан! – то крикнул человек с большой сумкой через плечо, из которой торчали конверты.

– А, доброе, доброе, – не убирая трубку изо рта, приподняв шляпу, ответил он с улыбкой почтальону. – Я же просил называть меня по имени, Баратцер. Есть чего для меня?

– Извиняюсь, Гердер, – человек с сумкой улыбнулся. – Да, есть, так… где же оно… – Баратцер порылся у себя в сумке и достал помятый конверт с ярко выведенными на нем буквами, образующими «Гердер». – Да, вот оно, – протянул конверт. – Холодновато сегодня, правда?

– Немного, – выдохнул дым изо рта и взял конверт. – Благодарю вас, – развернулся и пошел к двери. – Всего хорошего.

– Ага, удачи вам! – почтальон застегнул сумку и пошел дальше по дороге, закидывая каждому в ящик письма и посылки.

Дома Гердер зашел в небольшую комнату, с одним круглым окном напротив двери, большой, деревянной люстрой со свечами на потолке и разбросанными бумагами на полу – в свой кабинет, где и аккуратно открыл письмо.

«Я надеюсь, к Вам дойдет это письмо, Гердер Норкан.

Сколько времени прошло? А воды утекло…. Я обещал не отвлекать, но дело срочное. Я слишком боюсь, что письмо перехватят, поэтому скажу всё при встрече. Скорее всего, Вы сейчас в деревне Гревилинд? Ну, разумеется там. Вам не составит труда сходить в таверну «Три трофея»? Я буду там вечером. Lain raf familos. Tuk raf nan»

– Учиться в этой жизни. Поучать в следующей… – прочитал Гердер и сложил письмо четыре раза, после чего убрал в карман. – Мог обойтись и без эльфийского.

Он глубоко вздохнул и, выйдя из своего кабинета, пошел в зал, где Арвион читал книгу, сидя на диване напротив камина.

– Что читаешь? – Гердер присел рядом.

– Да так, – парень закрыл книгу, и его дядя смог прочитать название: «Великие предводители и полководцы».

– А ты знаешь, какой капитан участвовал в осаде орочьей крепости? Во втором тысячелетии. До всех этих войн и осколков?

– Конечно, знаю! – Арвион сделал умный вид, но улыбка Гердера заставила его тоже улыбнуться, – Элварион Ронсон! А почему тогда не было осколков?

– Неплохо, неплохо, – Гердер уставился в камин. – Дирэс родился через пять лет с той осады… во второй день третьего тысячелетия, – он сглотнул. – И он родился в Кирговале, в нашем королевстве.

– Серьёзно? Почему ты не говорил? – парень поднялся с дивана и встал перед дядей, – в нашей деревне?

– Нет, нет… – он убрал руки. – Недалеко была деревня Кралл, сейчас ее нет, ведь то было шесть сотен лет назад. Во времена междоусобиц. Когда камни сводили королей с ума, … а Кралл был близко к границе и первый принял на себя удар.

– А почему наша деревня осталась?