— Ничего страшного. Но ты права. Я могу. Я могу остановить Джека-Потрошителя. И я сделаю это тридцатого сентября. Я убью Джека-Потрошителя до того, как он совершит своё знаменитое двойное убийство.

Глава 9

НЬЮ-ЙОРК, 1923 ГОД

Дэнни пробыл у Айлы не больше недели. Зак убрал швы: рана практически затянулась, осталась только толстая корка. Дэнни выглядел вполне здоровым и чувствовал себя отлично, так что задерживаться в чужом доме уже было некрасиво. За эти дни ничего интересного не произошло. Дэнни просто лежал в комнате, читал книги и всего один раз выходил погулять вместе с Айлой. Прогулка оказалась короткая и скомканная, потому что Айла была поглощена новым расследованием — она помогла своей подруге отыскать пропавшую породистую собачку.

Когда Дэнни покидал дом Вукчичей, он пообещал Айле, что обязательно вернётся.

— Я буду вас ждать, — на прощание сказала она.

От этих простых слов у Дэнни стало тепло на душе.

Она будет ждать.

Это было самое лучше, что он мог услышать.

Однако Дэнни понимал, что так скоро он вернуться не сможет. Для начала ему нужно окончательно вылечиться, чтобы вступить в бой с Джеком-Потрошителем, потом раздобыть новое оружие и придумать план. Только после этого он может вернуться обратно.

Говоря с Айлой о Потрошителе, Дэнни немного слукавил. Он видел его лицо. Правда, не очень отчётливо, так как маньяк прикрывался шляпой и воротником, но все же некоторые детали его внешности разглядеть смог. Массивный нос, изогнутый в безумной ухмылке тонкий рот и горящий предвкушением новой смерти взгляд. Кто этот человек — Дэнни не знал. Но был уверен, что смог бы узнать Джека-Потрошителя, если бы столкнулся с ним на улице.

Впрочем, это уже и не важно. Джек-Потрошитель все равно будет мертв и не успеет больше никому причинить вред.

Но для начала Дэнни нужно было долечиться. А между делом можно совершить путешествие куда-нибудь ради развлечения. Все-таки он это заслужил.

Лёжа на кровати в своей комнате, Дэнни долго размышлял, куда бы ему отправиться. А потом вытащил свой блокнот с недописанным рассказом и решил: Война за независимость. Почему бы и нет.

ПАРИЖ, 2048 ГОД

— Война за независимость, — сказала Жаклин, взволнованно схватив Эдварда за рукав. Она глядела перед собой остекленевшим взглядом, словно находилась в трансе. Когда она видела, как меняется история, то всегда впадала в такое состояние.

— Что «война за независимость»? — переспросил Эд.

— Я вижу войну за независимость США. Великий Нью-Йоркский пожар. И ещё рыжеволосого парня. Возможно, это тот, кто пытался спасти Линкольна, не знаю, но, исходя из твоего описания, очень на него похож.

— Что он хочет сделать сейчас? — оживился Эдвард.

После ареста Жана прошло всего четыре дня, но эти дни были необычайно скучными. У Эда больше не было дела всей его жизни. Казалось бы — он должен радоваться, что Жан заперт за решеткой, но Эдвард, наоборот, впал в какую-то меланхолию. Было ещё и другое дело: поимка Невё. Но этот тип и его прихвостни залегли на дно и больше не высовывались. Отталкиваться в этом деле было не от чего. Жан на допросах отрицал свою причастность к изменениям истории, так что о Невё ничего узнать не удалось. Теперь они вчетвером — Эдвард, Жаклин, Гюстав и Эдит — сидели в отделении и умирали со скуки.

После странного намёка Гюстава Эдвард старался не пересекаться с Эдит, что было проблематично, потому что они работали под одной крышей. Более того Эдит часто пыталась поговорить с Эдвардом и наладить с ним отношения, и ему приходилось нарочно грубо ей отвечать, чтобы она больше к нему не приставала.

Эдит и впрямь нравилась Гюставу — это было очень заметно. И Эдвард решил, что никоим образом не должен им мешать.

Хотя Гюстав все же был прав. Все женщины, которые присутствовали в жизни Эдварда, были друг на друга чем-то похожи. Блондинки с короткими волосами, миниатюрные, большеглазые, необычайно умные и у всех имена начинались на «Э». Не удивительно, что друг забеспокоился.

Эмма Круз была первой любовью Эдварда. Они учились в одном классе и встречались несколько лет, но после окончания школы разошлись. Так часто бывает. Школьная любовь на века после выпускного неожиданно проходит. Эдвард не очень-то тосковал, потому что инициатором разрыва был именно он. Да и Эмма, в общем-то, тоже не устроила из этого конец света — через пару месяцев нашла себе нового ухажера из университета. Эд ничего бы о ней больше не слышал, если бы она теперь не была директором НАСА.

Эстель Жаккар. Возможно, здесь бы что-то и вышло, но на момент знакомства Эдвард ей не заинтересовался. Но теперь… Надо признать, она была вполне ничего. Правда, Эдварду сейчас не нужны отношения, да и марсианин из будущего был очень против такого союза. Но то, что президент Франции Эдварду немного нравилась, было фактом.